Измена генерала (СИ)

Дима вытаскивает меня из машины, словно я ничего не вешу. Словно я неразумный ребенок, который устроил истерику посреди магазина с игрушками и его нужно отнести домой, пока соседи не вызвали полицию. Вот только я не ребенок и уж точно не устраивала истерику, да и домой муж не собирается меня нести. Он сажает меня на капот джипа и заключает в ловушку из своих рук.

Я пискнуть не успеваю, как ловлю его взгляд, полный ярости и… желания?

Пытаюсь отползти подальше, но муж перехватывает меня за ногу и подтягивает к себе. Хлопковая ткань скользит по капоту, я пытаюсь ухватиться хоть за что-то, но холодный металл не предоставляет мне такой возможности. Опираюсь на руки, а большое крепкое тело Димы оказывается у меня между ног.

Чувствую его твердый член.

Мои глаза расширяются. Дима, кажется, этого не замечает. Он все-таким же слишком спокойным тоном произносит:

— А теперь рассказывай, какого хрена ты обсуждала с женой шейха!

Низ живота сжимается от страха, дыхание застревает где-то в груди. Я смотрю в горящие глаза мужа и понимаю — сейчас или никогда. Хватит подавлять чувства! Хватит затыкать себя, когда хочется сказать! Хватит быть послушной женой! Дима должен понять, что как раньше больше не будет. Никогда!

— Не твое дело, о чем мы разговаривали, — я вздергиваю подбородок и с гордостью встречаю его пылающий взгляд.

Наше дыхание смешивается. Ветер дует в спину, набрасывая волосы на лицо.

— Ева, — мое имя, слетевшее с губ мужа, взрывает какую-то бомбу внутри меня.

Таймер на ней так давно тикал, а кодовое слово привело механизм в действие.

— Что, Ева? — я толкаю Диму в грудь, но это не помогает сдвинуть его даже на миллиметр. — Я уже тридцать лет Ева. А ты со своими приказами можешь пойти в задницу!

Наблюдать за тем, как брови мужа взлетают, а глаза расширяются — настоящее удовольствие. Жаль, что длится оно недолго. Буквально через мгновение передо мной снова появляется спокойный муж с нахмуренными бровями.

— Ты хоть понимаешь, что чуть не натворила? — Дима не двигается, я тоже.

Мои руки так и лежат на его груди, поэтому я решаю воспользоваться возможностью и изо всей силы бью Диму кулаком в грудь. Но для него это словно камушком по лбу получить, неприятно, но не смертельно. Он даже не моргает, когда я бью его снова.

— Ты истукан твердолобый! — заношу руку для очередного удара, но на этот раз он перехватывает ее. Вот только у меня же есть вторая, которая после очередного удара тоже оказывается в плену.

Дима прижимает обе мои руки к капоту джипа и наваливается на меня сверху.

— Ты хоть знаешь, какую сделку чуть не сорвала? — он впивается в меня взглядом. Его спокойный тон бесит еще больше. Дима словно с ребенком говорит, который нашкодил и теперь ему нужно объяснить, что тот сделал не так.