Измена. Дар богини драконов (СИ)

На миг я почувствовала себя игрушкой, которую подарили мальчику на день рождения. Яркую обертку сняли, и теперь он придирчиво осматривает подарок.

Я благодарна ему за то, что он отпустил жриц и дал мне передышку, позволив прийти в себя. Кровать на возвышении пугает меня. Я понимаю, что сейчас произойдет. Но в детали, как происходит сам процесс, меня никто не посвящал. Может, зря переживаю, просто полежим, обнявшись, на кровати. Не будет же все происходить так же, как у животных на ферме тетушки?

Еще и Эрнан задает неудобные вопросы. Кажется, ему не понравился мой ответ. Сейчас подумает, что я плохо подготовилась. Чувствую себя ученицей, не выучившей урок. Нужно было быть ответственней, спросить у мудрейшей Айседоры. Да, она давала, как и все монахини, обет безбрачия, но у нее в кабинете очень много книг. Наверное, в каких-то из них есть описание того, что происходит между супругами ночью в спальне."

"Мне страшно, что сейчас он сорвет с меня невесомую ткань, и последний барьер перестанет отделять меня от него. Но вместо того, чтобы снять с меня нижнее платье, он предлагает мне помочь ему с рубашкой. Протянув руку к пуговице, я с ужасом замечаю, как дрожат мои пальцы. Наконец мне удается расстегнуть ее. И я принимаюсь за следующую. Эрнан терпеливо ждет. Справившись со всеми пуговицами, стаскиваю с него белую тонкую ткань. Невольно останавливаю взгляд на его широких плечах, крепких, литых мышцах. Загорелую кожу груди пересекают более светлые, чуть выступающие линии. Шрамы. Тяну руку к одному из них, самому крупному, находящемуся с той стороны, где сердце. В последний момент думаю, что этот жест слишком интимный, и вместо того, чтобы коснуться шрама, провожу по жесткой поросли на груди. Затем опускаюсь ниже, веду подушечками пальцев по плоскому животу, по темной дорожке из волосков, убегающей вниз. Чувствую, как напрягается Эрнан, с его губ срывается тихий стон. И тут я замечаю странную опухоль. Еще минуту назад ее не было, а теперь она набухает как на дрожжах. Может, Эрнан болен? Вдруг это какая-нибудь ужасная грыжа, потому он и отослал жриц, чтобы они не узнали о его тайне?

— Что это? — спрашиваю, пытаясь унять панику.

— Обычная реакция, — сдавленно говорит он. — Можешь потрогать.

Реакция? На что? И нет, я не хочу это трогать. Мне кажется, стоит мне дотронуться до шишки, как она лопнет подобно воздушному шару и причинит Эрнану еще большие страдания.

Но я не успеваю возразить, моя рука оказывается на опухоли. Как ни странно, она не мягкая, а твердая как камень.

— Если ты аккуратно проведешь по нему, мне будет приятно, — говорит он.

Ну, то, что он не умер на месте от моего прикосновения, уже хорошо.