Измена. Бес в ребро

В листву в цветы, в буйство продолжения себя. В счастье просто жить.

Работники обрезали садовые кусты. И валяющиеся рядом срезанные ветки остро пахли весенним соком. Они, как и я, ещё живые. Но уже срезанные. Уже обречены на забвение. Они тоже уже отслужили своё.

Я подобрала несколько веточек и пачкая руки в клею почек, сложила в букет. Не знаю зачем. Спасти от увядания?

Сил бороться и жить как будто и не осталось. Но и слёз тоже. Только сухие спазмы рвали горло. Пробрало меня сегодня до косточек на волне воспоминаний.

Наша свадьба была скромной. Всё-таки оба ещё молоды. И хотя Сергей уже защитил диплом, но всё равно мы оба ощущали себя студентами. У Сергея был единственный костюм, что покупался для защиты. Мне платье шила мамина подруга. Цвета сливочного мороженого. Из плотной атласной ткани с чуть заметным рисунком. В стиле ампир с золотистой лентой под грудью и жемчужинками по лифу. С жемчужными пуговицами на спине. Мама разобрала свою нитку длинных бус. Ещё бабушкину. Довоенную. И эти бусинки пошли на украшение моего платья и причёски. В греческом стиле. С лентами и выпущенными прядями золотых волос. Я чувствовала себя настоящей красавицей. И в предвкушающем волнении. Как Наташа Ростова перед своим первым балом. Всё трепетала в груди от предвкушения.

Казалось, что это самый счастливый день в моей жизни. Что та радость, что клокочет во мне, может, заполнить собой весь мир. Весь мой мир.

Острая игла сожаления кольнула в сердце. Радость жизни закончилась. Вытекла из дыры во мне. Из места в груди, где раньше была моя вера в мужа.

И я присела на скамейку. Физически ощущая пустоту внизу грудной клетки. Даже захотелось пощупать, закрыть ладонями эту рану.

Как долго будет болеть? Как у срезанных веточек в моей руке.

-Мам, ма-а-ам, дай конфетку! — звонкий детский голос ворвался в мои мрачные мысли.

— После обеда — ответила молодая уставшая женщина, что везла коляску с младенцем и держала за руку мальчонку лет шести.

— Я вчера обедал! Значит, мне сейчас необходима конфетка! — Не сдавался малыш.

— После сегодняшнего обеда — ответила ему мама улыбнувшись.

Её лицо преобразилось от улыбки. От потеплевших глаз словно стало светлее вокруг. Даже мне.

— Ма-а-а-ам, ты что? Я же ещё не съел конфету после вчерашнего обеда. Она же скучает там! — Возмущённо продолжил мальчишка, вызывая у меня непроизвольно улыбку.

— Она не скучает. Что было вчера — то осталось вчера, — ответила женщина, поправляя свои, растрепавшиеся внезапно налетевшим ветром волосы.

— А утрешний обед считается? — Этого малыша не так-то просто отвлечь от его цели.

— Утром был завтрак — терпеливо сказала ему мать.

— Как это сегодня утром мы ели завтрашний обед? — изумлённо проговорил малыш.

— Нет, мы ели утреннюю еду. И её называют завтрак.