Измена. Бес в ребро

Первой хихикнула Оля, потом присоединилась Иришка, и я, несмотря на боль.

Мы смеялись, вытирая слёзы и обнимаясь.

И в этот момент не было никого ближе. Мы были, действительно, семьёй. Вместе.

А утром у меня поднялась температура.

Шестнадцатая глава

У меня болело, кажется, всё. Перед глазами плыла муть. Сил не было даже повернуть голову. Трясло и морозило.

Смутно были слышны какие-то голоса за закрытой дверью. Значит, девочки ещё дома. Надо их позвать.

Я попыталась крикнуть сухим, воспалёнными горлом. Вышел невразумительный хрип.

Они же думают, что меня не надо беспокоить, что мне нужно отоспаться после вчерашнего.

Сейчас они уйдут, а я не могу дотянуться даже до таблеток.

Как же быть? Как позвать? Я ж сгорю тут, слабая, словно котёнок.

Пока я судорожно пыталась подняться в кровати, в комнату вошла Оля.

— Мам, ты проснулась? Там Александр Михайлович пришёл. И он не хочет уходить, пока с тобой не увидится, — проговорила она, подходя ко мне ближе.

— Пить, — просипела я.

— Да ты вся горишь! — Воскликнула Оля, трогая мой лоб.

Она выскочила из комнаты и буквально сразу вернулась. И не одна. С Александром и с Ирой."

"— Да что ж такое-то, да как же так, — запричитала Ира, прямо как бабушка.

Всё закрутилось вокруг.

Очень быстро приехала скорая помощь. Аккуратные, чистенькие, вежливые. Похоже, Александр вызвал платную бригаду.

За полчаса меня обследовали с головы до ног, взяли экспресс-анализы и даже сделали рентген на дому грудной клетки. Вкололи лекарство и наконец-то оставили в покое.

Уже засыпая, я слышала что-то про воспаление.

Бегать по апрельскому дождю в одной блузке по Москве не самое здоровое занятие.

Хорошо, что девочки взрослые. И не нужно беспокоиться о них в быту.

В следующий раз я проснулась мокрая и вся в поту. Надо подняться и переодеться. Я попыталась сесть, но задела больное плечо и вскрикнула от боли.

Такой беспомощной, слабой, совершенно незащищённой, больной я не была, наверное, никогда.

Всегда рядом со мной был муж. Я занималась только домом, девочками, семейными проблемами. С внешним миром взаимодействовал Сергей.

Максимум того, что я решала — это выбор школы или секции для детей. А теперь навалилось всё.

Что я там, вчера подписывала? Остаётся надеяться на благоразумие Иры и её друга.

Не буду сейчас об этом думать. Я сейчас не могу изменить вчерашний день. И осознать всё, что произошло, тоже не могу. Потому что не владею всей информацией. Вот окрепну, расспрошу Иру обо всём, узнаю, во что мы там влипли, и потом буду решать.

Боюсь, что теперь мне понадобится адвокат не только по разделу имущества.

С трудом, кряхтя, как старушка, я села на кровати. Голова кружилась. По мокрой спине ознобом, шершавой лапкой, прошёлся сквозняк. Я не встану сама. И не дойду до туалета.