Зимний излом. Том 1. Из глубин

– Благодарю вас, граф, – Амадеус расправил блестящий кожаный плащ и ласково улыбнулся, давая понять, что говорит не с младшим офицером, а с добрым знакомым. – Я рад, что меня сопровождаете именно вы. На Западном флоте не столь много достойных. Что поделать, рыба портится с головы.

Будь на месте Руперта Зепп, он бы или онемел, или вспылил, но граф Хохвенде никогда не заговорил бы с плебеем. Другое дело – будущий герцог фок Фельсенбург, он не просто «свой», он нужен Его Высочеству Фридриху и его сторонникам. Руперт учтивейшим образом наклонил голову:

– Сударь, господина адмирала Кальдмеера весьма ценит моя бабушка. Она полагает, что, служа под его началом, я приобрету необходимый опыт, – что-то случилось, что-то, вынудившее Ледяного изменить планы, что?

– Когда я буду в Эйнрехте, – Хохвенде и думать забыл о маневре, его стихией была не война, а интриги, – я непременно засвидетельствую свое почтение герцогине Штарквинд и передам, что она может гордиться своим внуком.

– Мой генерал, – произнес Руппи с приличествующим случаю придыханием, – я глубоко вам признателен.

– Пустое, – великодушие захлестывало Амадеуса, как волна гичку, – благородные люди должны оказывать друг другу услуги. Не правда ли, мой молодой друг?

– О да, – согласился вышеупомянутый друг истинно эйнрехтским тоном, что извергло из столичного рта новую порцию смешанной с духами патоки. – Я счастлив быть полезен вашему превосходительству.

– Ваши услуги неоценимы, – пропел Хохвенде. – Скажите, вы не хотели бы перейти к моему другу Вернеру, о, простите, к адмиралу фок Бермессеру?

Руперт не поперхнулся только благодаря фамильному самообладанию, помноженному на столичную закалку. Родичи усиленно растили из него канцлера, никак не ниже. Флотский чин и несколько орденов, по мнению отца и бабки, должны были помочь блестящей карьере Руперта фок Фельсенбурга. Ни герцог, ни грозная дама и помыслить не могли, что милый Руппи твердо решил стать адмиралом Западного флота, если, разумеется, таковым не станет Зепп.

– Ваше предложение чрезвычайно лестно для меня, – заверил фок Фельсенбург, проклиная себя за то, что не прихватил зрительную трубу, – но у моря свои законы. Если я покину адмирала ради вице-адмирала, скажут, что я не справился со своими обязанностями.

– Убедительно, – еще бы, таких, как ты, только шкурные доводы и проймут, – но почему вы решили, что вам придется переходить к вице-адмиралу? Уверяю вас, этот поход многое изменит.

Жаль, Ледяной не бросил Вернера против Бешеного. Ах, как жаль! Паркетная скотина слишком быстро оправилась после конфуза и взялась за старое. С помощью Фридриха и гайифских денег, вестимо.

– У нас на флоте, – с нажимом произнес Руппи, – считается дурной приметой загадывать дальше окончания кампании.