Зимний излом. Том 1. Из глубин

Прогулка вдоль берега – это еще не война, а Альмейда может сбросить маску только раз.

Зашуршало, под сапогами противно скрипнул мокрый песок, послышалось учащенное дыхание.

– Явились? – запыхавшийся Рангони выхватил трубу. – Где?

– Не видно пока... – начал Луиджи. – Стой!

«Кэцхен», повторяя сигнал своего собрата из дальнего дозора, выпустила несколько дымных шариков.

– Шлюпку! – рявкнул Рангони, но глаза и тут опередили уши: помощник Джузеппе ринулся по склону вниз, обгоняя идущий с моря звук. Луиджи глянул на берег: матросы деловито сталкивали шлюпку на воду и разбирали весла.

– Вот так всегда, – подмигнул приятель, – драконам – летать, решкам – дрыхнуть...

– Ты долети сначала, – не слишком ловко отругнулся Луиджи и поправился: – Как «гусей» делить будем? Тебе мясо или перья?

– Сочтемся. – Рангони в мыслях уже отплывал. – Леворукий, где же эти дозорные лоханки?

– Где-то да есть, – по спине бежали горячие мурашки, лицо тоже горело, словно шван чудесным образом обернулся кэналлийцем.

Проклятая «Кэцхен» словно уснула, «Змей» с «Аглаей» тоже замерли. Над самой головой с кошачьим воплем пронеслась голубая северная чайка. Глупая тварь могла слетать и все увидеть, но в ее мозгах хватало места только для рыбы. Луиджи бы топнул ногой о слежавшийся песок и завопил, но капитанам беситься не пристало.

– Передумал, – чуть ли не взвыл Ниччи, – опять передумал, мерзавец!

– Успокойся, – прикрикнул Рангони, – еще ничего не ясно.

Вечность и не думала проходить, зато вернулась чайка, и не одна: летучие разбойницы гнали отяжелевшую от улова кавиоту. Незадачливая охотница не выдержала, выплюнула добычу и с визгливым тявканьем бросилась на ближайшую обидчицу. Полетели перья. Пара самых дошлых чаек рванулась к рассыпавшейся на песку рыбешке, и тут «Кэцхен» начала одеваться парусами. Снова грохнули пушки. Один раз... Два... Четыре... Восемь! И снова... Два раза по восемь. Больше сомнений нет, идут, но куда?!

– Все! – Рангони стиснул плечо Луиджи и помчался к приплясывающей, словно от нетерпения, шлюпке. – Догоняй мою птицу! Ну пусть только попробуют повернуть, убью!

2Слегка накренясь подветренным бортом, «Ноордкроне»[44] шла в галфвинд, в снастях весело посвистывал шван, суля скорую битву, о том же кричали синие чайки и рокотало море.

– Погода играет нам на руку, – лейтенант флота Его Величества Йозев Канмахер, а для близких просто Зепп, мечтательно улыбнулся. – Сухопутчики разве что ноги замочат.

– Ты забыл про Вальдеса, – граф фок Фельсенбург, он же лучший друг Руппи, укоризненно покачал головой. – Бешеный не отступится, на то он и Бешеный.

– Признаться, мне его жаль, – совершенно честно сказал Канмахер. – Пятнадцать против шестидесяти, – тут Ледяной и тот ничего не сделает.