Изгой Проклятого Клана. Том 4

Но пыталась сохранить серьёзное выражение лица.

— Рад, что вы больше не желаете друг друга убить при первой возможности, — одобрительно кивнул я. — Через какое-то время запитывание лабиринта подойдёт к концу. И мы сможем перенестись на сотни километров вокруг. Владислав, я жду предложений.

— Соловьиный Приют. Это основная опорная база Российской Империи в Синей Ночи. Там мы сможем найти всё, что нам необходимо. В том числе портал в Родной мир.

— А энергию, чтобы я вернул обратно и лабиринт?

— Боюсь, тебе это не потребуется. Лабиринт — имперская собственность. Ты — лишь его оператор.

Вот так… хорошо, засранец. Поиграем по твоим правилам. Вот только фигуры тут в единичных экземплярах.

Я рассмеялся:

— Оператор? Хорошо. Найди мне замену. Если получится — забирай лабиринт. Или оставляй его здесь, пока все в Империи о нём не забудут.

— Ты талантлив, — спокойно сказал Владислав. — Но заменить можно кого угодно. Это простая истина.

— Хозяин-барин, — только улыбнулся я шире.

Всё равно умыкну его. Нравится это Владиславу или нет, но умыкну. И ничего он мне не докажет. И ничего не сделает. Особенно если я возьму его за мягкое место, выведя на белый свет его махинации с кланами.

— Но сейчас не об этом, Руслан. Когда артефакты, — он поднял свой кулон связи, — заработают, я свяжусь со своими людьми. Они перенесут банку с пикси в Соловьиный Приют и мы перенесёмся туда. Там же нам обеспечат хороший отдых, нормальную еду и… мы с тобой приступим к нашему уговору. О котором говорили ещё на балу у Белокрылова.

Найти и связаться с Артуром Северским…

Отцом Руслана и моего тела.

— Он здесь, в этом мире? — мои брови чуть приподнялись.

— Да. И ты организуешь нам встречу, — кивнул Владислав. — Взамен на информацию по Поднебесному, — он сделал голос потише. — Я сразу скажу, что те записи, которые я изъял у Озёрского и передал тебе — это далеко не всё. У меня есть кое-что повещественнее старых дневников. Так что прояви себя во всей красе, — и хлопнул меня по плечу.

Лабиринт запитался как следует через пару часов. За это время Аня успела выспаться. Владислав намотать пару сотен кругов вокруг стола в главном зале. А я — плотно перекусить.

Тем немногим, что мы взяли в убежище наёмников.

Вода. Сухари. Пара консервов, к слову, очень достойных, с бараниной.

К тому же времени начали приходить в норму и артефакты… и пленники.

Первым делом, посоховик попытался покончить с собой. Почти откусил язык. Но решимости довести это до конца у него не хватило.

Язык Аня залечила, а я тут же отправил бедолагу обратно в отключку.

Злат-Болтун же просто молчал. Со своим типичным выражением лица. Но нам тут недружелюбный чтец мыслей тоже не был нужен, будет ещё мысли Ани читать, так что и его я вырубил.

А потом Владислав связался со своими людьми.