Изгой Проклятого Клана

Маленький носик вздёрнут вверх, но самую малость. В остальном она была похожа на Людмилу Покровскую — целительницу, которая восстановила мои травмы.

Они точно родственницы. Скорее всего — сёстры.

Я пошёл в противоположную сторону. Не к Стрельцовым, чтобы не привлекать к ним внимания.

Но напоследок остановился и сказал лежащему в грязи Мстиславу:

— Сегодня я оставлю тебе жизнь. Но не потому, что ты её заслуживаешь, — и пошёл дальше.

Скрывшись за листвой, я на всей скорости углубился в лес с Покровской на руках. А потом сделал крюк, и вышел на след из поваленных деревев, оставленный аномалией.

Если Стрельцовы захотят меня найти, то пойдут по нему.

Проблемы в клане гарантированы.

Я это понимал с той самой секунды, как вышел из укрытия.

Но мог ли я поступить иначе?

Нет.

Я едва удержался, чтобы не убить этого Мстислава на месте. Если бы у меня не было свидетелей, так бы и сделал.

След аномалии на моём пути становился всё шире. Оно и понятно. Наибольшую силу и площадь воздействия аномалия имела в начале своего пути. А с каждым новым десятком метров её мана иссякала.

Через несколько минут я вышел на поляну, откуда аномалия начала свой путь. Всё знакомо: сломанные деревья, вырванные корни, борозды и воронки в земле.

Но в самом центре было ещё кое-что.

Яма. И выкопана она была живым существом.

Поблизости от неё не было воронок. Но были следы длинных когтей. Эти когти рыхлили землю.

Я подошёл к яме и посмотрел вниз.

Ящик. Грубо вскрытый и выпотрошенный тем же зверем, кто и раскопал яму.

Крышки не было видно вообще. А внутри находились осколки стекла и лужица, светящаяся золотистым светом — ихор.

Вот и тайник.

Досадно.

— Северский! — я услышал позади крик. По следу ко мне двигались Стрельцовы. Тимофей был устал и зол. — Ты понимаешь, чем это закончится для тебя? — затем он увидел Покровскую на моих руках. — Она того не стоит! Покровские — слабейший род клана! Их поддержка ничем тебе не поможет!

— Не стоит? — внутри меня взбурлила злость.

Тимофей, возможно, говорил рационально и правильно.

Но цинично.

Насквозь.

Он остановился на месте, увидев выражение моего лица. А потом поспешил объяснить:

— Я не то имел в виду! Я хотел сказать, не стоило калечить Мстислава!

— Заслужил, — сказал я тоном, не терпящим возражений.

— Да, разумеется, — Тимофей нахмурился и покачал головой. — Он… у него очень дрянная репутация.

— А я считаю, что Северский всё сделал правильно! — воскликнула Алиса и улыбнулась, смотря на меня. Потом, правда, смутилась и отвела глаза. — Я не ожидала, что ты поступишь так…

— Безрассудно, — вставил Тимофей.

— Героически! — с нотками восхищения сказала Алиса. — Я всё расскажу главе рода!

— И что? — скептично спросил её Тимофей.