Изгой: Крепость Надежды

Даже сейчас, разговаривая с Рикаром, краем глаза я зацепил маячащего неподалеку Тезку, нетерпеливо ждущего, когда закончится наша беседа, чтобы посоветоваться со мной по очередному важному делу — а других дел у нас и не бывает. Впору за голову хвататься.

От общинного дома есть только недостроенный толком фундамент, стена в таком же состоянии, про обещанную отцу Флатису церковь и вспоминать не хочется, сторожевого поста пока нет и в помине, припасов провизии недостаточно, зимняя одежда не пошита… да многое чего — и в это время я должен прилежно махать железякой? Пока остальные рвут жилы на строительстве? Тогда можно и занятия танцами возобновить. До кучи.

Вздохнув, я в свою очередь отставил тарелку и повернувшись к выжидающе смотрящему Рикару объяснил ему все причины, не позволяющие мне заняться овладением меча вплотную. Выслушав меня, здоровяк понимающе кивнул и сказал:

— Господин Корис. Оно все верно конечно. Но я и не говорил, что заниматься будем днем. С утречка часика на два пораньше вставать будем — вот оно и время нашлось. Ну и после ужина пару часиков выкроим, и ладно будет.

— Рикар! — взмолился я — а спать то когда?

Рикар молча пожал широченными плечами и встав со скамейки сказал:

— Сегодня пару деревяшек выточу для занятий, а завтра с утречка и начнем.

Не дожидаясь моих робких возражений, он повернулся ко мне спиной и удалился, оставив меня перед тарелкой с давно остывшей кашей. Аппетит у меня пропал. Совсем.

****Начать поиски ответов, я решил с той самой непонятной книжки, найденной нами в подземной пещере.

Совсем небольшая — размером с ладонь, в переплете из черной кожи с изрядно потемневшей, но все еще красивой отделкой из тонких серебряных нитей вдоль переплета. Некогда изящная вещица. За все прошедшее время с вылазки под Подкову, я так и не удосужился заглянуть в нее и вот теперь собирался наверстать упущенное.

Действовать пришлось медленно и аккуратно — за то время, что книжица пролежала на берегу подземного озера она изрядно отсырела, набухла и большинство страниц намертво слиплись друг с другом. Если бы не прочный кожаный переплет, то книга давно уж превратилась бы в клочья мокрой бумаги. Слава Создателю, неизвестный переплетный мастер сработал на совесть.

Осторожно открыв книгу на первой странице я с удивлением уставился на идеально белое птичье перо, зажатое между переплетом и страницами. Пышное, с толстым стержнем, кончик испачкан в чернилах. Обычное письменное перо. Вот только…Чистенькое перышко настолько сильно контрастировало с плачевным состоянием книги, что я невольно насторожился. За столько лет и чтобы ни одного пятнышка? Прошедшие дни научили меня опасливости. После недолгих раздумий, я вытащил нож, самым кончиком лезвия подцепил перо и скинул его на стол.