Изгнание в рай

Потер ладони. Молвил: – Вы ко мне пришли спросить о нынешнем состоянии гражданина Томского. Мой ответ: сейчас он эскарго.

– Как?

– Засел, будто улитка, в раковине. Хорошо ему – ни проблем, ни хлопот, ни забот. Ест, пьет, дрыхнет.

– А можно его, – загорелась Настя, – из этой раковины выковырнуть?

– Теоретически – да. Только зачем? – Доктор взглянул на нее лукаво. – Так у меня с ним никаких хлопот, самый спокойный пациент, на уколы в первых рядах бежит…

– Сколько? – выпалила она.

– Ой, ну зачем вслух-то? – укорил доктор.

И написал цифру на бумажке.

Насте показалось много. Но торговаться она не стала. Раз ввязалась в историю, нужно идти до конца. Все равно ведь с овощем интервью не сделаешь. И торжествовать над ним тоже не получится.

– Отлично, – повеселел доктор, когда Настя кивнула, – тогда прямо сегодня начинаем эксперимент. Но предупреждаю сразу: здоровым человеком ваш Томский уже никогда не будет. И тихим шизофреником – как был раньше – тоже не останется. После года такой терапии, как мы ему тут устроили, мозг поражен необратимо. Апатию снимем – что-то другое выскочит. Агрессия. Истерики. Мания преследования. Бред ревности. Вариантов масса. Может, лучше не городить огород? Пусть все будет как будет.

– Нет, – упрямо помотала она головой. – Давайте попробуем.

– Дело ваше. Только потом не жалуйтесь, – равнодушно предостерег доктор.

Эксперимент удался.

Томский преображался на глазах.

Но Настя с каждым днем все больше и больше терялась. И не понимала: чего она в итоге добилась?

Про интервью для телевидения можно даже не заикаться, Михаил ее сразу пошлет. Торжествовать над ним? Не хотелось. Да, Томский предал ее. Но высшие силы его уже покарали. Теперь еще ей, что ли, плясать на его костях? Нет, этого она делать не станет. Но что тогда? Помогать Михаилу добиться справедливости? С какой стати? У нее собственных забот выше крыши.

Вот и получалось – только деньги зря потратила."

"Ладно, будем считать, впервые в жизни она совершила благотворительный поступок. Дала Мишке шанс. А дальше – пусть он делает что хочет. Возвращает себе доброе имя и деньги. Мстит. Ищет новую жену.

Она сходит в клинику последний раз – попрощаться. И на этом общение с Томским прекратит.

Однако оделась, причесалась, накрасилась для визита особенно тщательно. Пока ехала, готовила речь: мол, рада была тебя повидать и помочь, но больше никаких дел с тобой вести не желаю.

…Бедная Настя никак не могла привыкнуть, что Томский теперь каждый день другой.

Сегодня он ей и слова не дал вымолвить, раздраженно рявкнул:

– Чего так поздно пришла?

Он побрился. Сменил грязную пижаму на синюю робу. Выглядел собранным, деловитым. Почти нормальным. Только глаза слезились, руки сильно дрожали.