Изгнание беса (сборник)

 – Законы Чести – это не ваши законы, писанные по бумажке, нарушать которые может каждый, пока его не поймают. Законы Чести – это сама наша жизнь. Их преступить невозможно, даже если это сулит чрезвычайные выгоды. Вот ты, например, у тебя есть человек, которого ты по-настоящему ненавидишь?

– Ну, один такой есть, подлец, – кивнул я.

– Но ты же не пойдешь его убивать из-за своей ненависти?

– Если я его убью, меня просто посадят. Вот еще – получить десять лет из-за этого хмыря…

– Нет, не в этом дело, – непримиримо сказал Геррик. – А если бы ты имел возможность убить его так, чтобы тебя даже не заподозрили? Ну, например, нанять киллера, как ты только что предположил, или подстроить несчастный случай? И насчет тебя – ни у кого никаких намеков? Ты же все равно не станешь его убивать? Для тебя это неприемлемо по твоему образу жизни. Помнишь, ты тогда назвал меня… м-м-м… убийцей? Несправедливо, конечно, но – и у нас точно также. Убить ничего не подозревающего человека на расстоянии – противоестественно. Это чудовищно, это подло, это значит – опозорить себя до скончания времен. На такое не пойдет ни один лордов. Простолюдин, может быть, – да! Лорд – ни за что на свете! Он покроет позором не только себя, но и весь свой Дом. – Геррик, кажется, почувствовал, что не убедил меня, потому что оперся о стол и наклонился вперед всем телом. Закачались льняные локоны, чуть завитые на кончиках. – Как бы тебе лучше объяснить это? Вот аналогия: вы воевали недавно с одной из своих республик. Крошечная такая республика, в горах, верно?..

– Да, позорная была война, – поспешно сказал я.

– И вы эту войну проиграли. Маленький народ вдруг победил огромное государство. Не будем сейчас выяснять, почему так случилось. Но ведь вы могли бы и выиграть эту войну – одним ударом, если бы применили свое ужасное оружие, поражающее все и вся. Вы, по-моему, называете его атомной бомбой? Почему вы не сбросили атомную бомбу на их столицу? Война была бы закончена в один день…

– Это было невозможно, – выпрямившись, сказал я. – То, что ты говоришь, и в самом деле чудовищно. Погибли бы сотни тысяч ни в чем не повинных людей. Дети, старики, женщины. Это не укладывается в рамки нашей морали.

– Они же все равно гибли, – сказал Геррик. – Гибли во время бомбежек, во время штурма городов и поселков. Не вижу разницы – убивать осколочной бомбой или атомной. Что такое атомная бомба? Это просто тысяча обыкновенных бомб, соединенных вместе…

Он – ждал.

– Нет, невозможно, – наконец, сказал я. – Существуют вещи, которые мы делать просто не в состоянии. Мировое сообщество немедленно осудило бы эту акцию. Нас назвали бы преступниками, и исключили бы из всех международных организаций. Мы оказались бы в полной политической изоляции.