Я смотрю на тебя издали

– Потому что, когда я разговаривал с ним в последний раз, он отправлялся к вам. Большие жизненные трудности и все такое… Парень считал – вы его последняя надежда.

– Давно это было? – спросил отец Павел.

– Достаточно для того, чтобы начать беспокоиться.

– Значительно больше. Вы его помните?

– Имя ни о чем мне не говорит, – покачал головой мужчина.

– Тогда вам стоит взглянуть на фотографию. – Берсеньев кивнул мне, я достала фотографию Дениса в то время, когда он был еще жив, и положила ее на стол. Отец Павел взглянул небрежно, а вот женщина вытянула шею, чтобы как следует ее разглядеть. Мы смотрели на ее босса, и она, должно быть, решила: на нее внимания никто не обращает. Губы ее дрогнули, точно она собралась что-то сказать, но в последний момент не решилась и перевела взгляд на отца Павла.

– Впервые вижу, – сказал он, женщина растерянно моргнула, вновь посмотрела на фотографию, а потом на него. – Если молодой человек и собирался прийти к нам, то, наверное, передумал. Вам следует обратиться в полицию.

– Что ж, мы так и сделаем.

Берсеньев легко поднялся и направился к двери; прежде чем последовать за ним, я еще раз взглянула на женщину. Она с таким усердием уткнулась в монитор, словно от этого зависело, наступит конец света уже завтра или его приход отложат на пару дней.

– Ты бы не мог заранее предупреждать о своих планах? – ворчливо поинтересовалась я, когда мы с Берсеньевым направились к машине. – Не сомневаюсь, все, что ты делаешь, практически гениально, но если бы сюда я заглянула в одиночестве, был бы шанс дядю разговорить.

– Я узнал все, что хотел, – ответил Берсеньев с веселым смешком.

– Да ладно? – съязвила я.

– Денис был здесь. Наш проповедник узнал его, и баба тоже, при этом не могла взять в толк, почему он врет. А еще нас ждали, точнее будет сказать, ждали тебя. Не зря отец Константин твой портретик усердно срисовывал.

– У меня возникло подобное ощущение, – покончив с вредностью, сказала я. – И женщина действительно очень удивилась. Денис был тут, и скрывать это необходимости она не видела. Чего не скажешь о ее боссе. Думаю, нам следует с ней поговорить. Когда-нибудь она отправится домой…

Берсеньев согласно кивнул, мы вернулись к машине и стали ждать. Минут пятнадцать ничего не происходило. Все пространство между домами было заставлено автомобилями, удивительно, как нам удалось здесь приткнуться. Я очень рассчитывала, что внимания на нас не обратят, но Берсеньев напомнил об иногородних номерах и решил не рисковать. Сдал назад в самую глубину двора и взгромоздился на клумбу, уже лишенную снега, а я начала проявлять беспокойство, не из-за клумбы, а из-за того, что, удалившись от офиса «Братства», мы рискуем проглядеть что-то интересное.