Избранный

Кор тяжело дышал, был покрыт кровью и потом, дрожащий подошел к воротам и своими немощными руками оценил прочность преграды. Крепкая, как стены пещеры. Неудивительно.

Посмотрев за спину, он увидел, что Куин уже встал, тряхнул головой, словно проясняя мысли, и, наконец, сфокусировался. Как хищник на своей жертве.

С его подбородка на грудь стекала кровь, и это, казалось, предрекало его судьбу.

Увы, Кору не выбраться из этой схватки живым.

Глава 10

Пока Лейла ожидала приговор Рофа, в ее горле образовался ком от страха, стыда и сожаления. С другой стороны, во рту так пересохло, что нечего было проглатывать.

Не в состоянии усидеть на месте, но и не в силах подняться с кровати, она отвела взгляд от суровой фигуры Короля… только чтобы посмотреть на отметины, оставленные пулями на штукатурке в противоположном углу комнаты. Из живота вверх по телу поднялась опаляющая волна тошноты. Ее гнев иссяк, она не могла вернуться к своей ярости, но понимала, в каком состоянии тогда пребывала в эмоциональном плане. И Куин.

Дражайшая Дева-Летописеца, ее сейчас стошнит….

— Я не собираюсь тебя убивать, — объявил Роф.

Обмякнув, Лейла облегченно выдохнула.

— О, благодарю вас, мой господин…

— Но ты не можешь остаться здесь.

Она выпрямилась, а сердце гулко забилось в груди.

— А что с малышами?

— Мы составим график посещений или…

Вскочив на ноги, она обхватила шею руками, словно противилась чьей-то хватке на своем горле.

— Вы не можете разлучить меня с ними!

На лице Короля, таком аристократичном, столь властном, отразилось сочувствие. Но пощады там не было.

— Ты больше не можешь здесь оставаться. Кор не переживет того, что мы с ним сделаем, но Тро тоже брал твою вену, и хотя прошло достаточно времени, это все равно небезопасно. Мы считали, что мис служит достаточной защитой для нас, но, очевидно, мы заблуждались… и риск безопасности катастрофически велик.

Споткнувшись, Лейла рухнула на колени, в ноги к Рофу, сложив ладони в молитвенном жесте.

— Клянусь, я не хотела всего этого. Прошу, умоляю, не забирайте у меня детей! Все что угодно, я подчинюсь, клянусь вам!

Она знала, что братья, толпившиеся в коридоре, снова приблизились к спальне на приемлемое расстояние, но ей было все равно, даже если они увидят ее унижение. Но это волновало Рофа — мужчина злобно посмотрел через плечо.

— Свалили, живо… у нас все в порядке, — рявкнул он.

Нет, не в порядке. Здесь не могло быть никакого порядка.

Послышался тихий ропот, а потом коридор опустел, по крайней мере, насколько она видела… и Роф снова сосредоточился на ней, сделав большой вдох через нос.

— Я чувствую твои эмоции. Ты не лжешь и действительно веришь в то, что говоришь. Но бывают времена, когда наши намерения ничего не значат, и сейчас как раз такой случай.