Избранный

Пройдут десятилетия, прежде чем малыши обретут полную независимость, и кто знает, какой оборот примет к тому времени война. Если Рэмп последует по стопам своего отца и станет Братом, не будет Лейле покоя, пока ее сын находится на поле боя, даже если она останется в Колдвелле. Но будучи по другую сторону океана? Такого она даже представить себе не могла.

А что, если Лирик захочет сражаться? В учебной программе участвовали и женщины. Была вероятность, что Лирик выберет кинжал.

Возможно, оба ее малыша вступят в войну.

— Есть благодать в том, чтобы не сражаться с неизбежным, — произнес Кор, целуя ее в ключицу. — Оставь это. Позволь мне уйти, когда придет время.

— Но, может, существует другое решение. — Хотя Лейла даже представить себе не могла, какое именно. — Что, если…

— Куин никогда не примет меня в непосредственной близости от твоих детей. Даже если Братство и твой Король раскроют свои объятия мне и моим людям, отец твоего сына и твоей дочери не подпустит меня к ним. Но если меня не будет в твоей жизни, напряжение между вами ослабнет. По крайней мере, я надеюсь и горячо молюсь, что однажды Куин примет тебя обратно в свою жизнь.

Но этого никогда не произойдет, подумала Лейла. Ярость Куина не знает ни границ, ни временных рамок. Некоторые вещи, такие как чернила на пергаменте, несмываемы.

— Займись со мной любовью? — прошептала Лейла.

С теперь знакомой мощью Кор накрыл ее собой, их тела так хорошо познали друг друга, что его член вошел в нее без промедлений, плавно скользнув домой.

Когда Кор начал двигаться в ней, Лейла вспомнила о сексе, что у них был в течение дневных часов. Ее обучение эросу нашло проявление в таких формах, что шокировали, возбуждали и удивляли его, однако Кор не жаловался. Но нельзя сказать, что проведенное время стало для них счастливым. Для них обоих эти часы были омрачены привкусом отчаяния, поспешными прикосновениями, поцелуями и проникновением они заглатывали поданные на стол блюда так быстро, как могли, с тарелки, которой они скоро лишатся.

И вот теперь, когда Кор нашел свой ритм, а она вторила ему своим собственным, происходящее превратилось в иной род физической близости. Это перестало быть простым сексом.

Это стало самым тесным слиянием душ, телесная близость отошла на второй план, ведь соединялись их сердца.

За мгновение до горько-сладкого удовольствия, Лейла прошептала ему на ухо:

— Ты будешь в безопасности сегодня ночью?

Кор не ответил, и Лейла не смогла понять, от того ли, что он достиг оргазма… или потому что знал, что не может обещать ей этого, а обманывать не хотел.

***

В Яме, откинувшись на своем стуле, Вишес уставился на изображение на экране компьютера.