Избранный

Крики были поистине ужасающими, напоминая о том, что с наркотиками шутки плохи. Конечно, ты связываешься с белой отравой, чтобы почувствовать вкус к жизни. А потом раз, и находишь себя в комнате с мягкими стенами — буквально — и в смирительной рубашке, потому что пытался собственными руками снять кожу со своего лица.

Кстати, водка кончилась.

Потянувшись через весь стол, он взял бутылку и наполнил стакан. Лед успел подтаять, но после второй порции ему будет плевать на то, что водка потеплела до комнатной температуры.

По крайней мере, Эссейлу повезло, что им занимается его Джейн, а уж она предоставит ему лучшее лечение в период ломки из существующих. Вопрос в том, отпустит ли его психоз. Прошел месяц с тех пор, как парень нюхал порошок в последний раз и велика вероятность, что после реабилитации от него ничего не останется. Иногда такое случается в отношениях между вампиром и кокаином."

"Разумеется, бывший наркоторговец не знал об этом, когда начал нюхать. Но зачастую в жизни ты танцуешь с дьяволом, не осознавая, что твой партнер — истинное зло. И понимаешь это слишком поздно.

Так работает судьба. И проклятья.

Ви сделал очередной глоток, понимая, что опять думает о том горячем шоколаде, который он приготовил Джейн в самом начале их отношений. Точнее… в самом первом из их «концов».

Он всегда считал, что последний «конец» наступит с его смертью. Но сидя в пустом доме, и пытаясь вспомнить, когда они в последний раз адекватно проводили время вместе… он размышлял.

Наверное, это была расплата. Когда он и его братья выходят на поле боя, сражаясь за расу, они не думают о своих шеллан и женщинах, оставшихся дома. Они просто стараются выполнить свою работу и не сдохнуть в процессе.

То же было справедливо и для клиники. Сейчас Джейн не думала о нем. Они с Мэнни пытались спасти то, что осталось от мозга Эссейла. Она помогала брату Куина, Лукасу, вернуть способность к передвижению и восстановить психическое здоровье после пережитых ужасов в плену лессеров. Каждую ночь она имела дело с разнообразными травмами и ранениями, от хронических до острых, требующих простого пластыря или же угрожающих жизни. Она направляла все силы в работу и была преданна своим пациентам.

Дело не в том, что он не понимал этого.

И дело не в том, что он не любил ее. Черт, Джейн была умной. Она была сильной. Блин, наверное, она была единственной женщиной, встретившейся ему на пути, которую он считал равной себе… и нет, женоненавистничество тут не при чем. Равных ему мужчин он тоже не встречал.

Ничего удивительного, учитывая, что он являлся сыном божества.

Он не видел себя с кем-то кроме Джейн. Проблема в том, что он посвящал себя войне. Она — своей работе.