Клуб избранных

– Ты, конечно, пришёл на кладбище полуголым, в два часа ночи, чтобы навестить могилу своего дедушки? – отряхивая брюки от налипшей грязи, спросил сержант.

– Бабушки! – почти весело ответил Крыж, которого после чудесного воскрешения уже ничего не пугало, и убегал он от милиционеров скорее по привычке, чем по необходимости."

"Милиционер осмотрел вещи задержанного, и к удивлению Крыжевского выудил из кармана его пиджака кружевные детские трусики. – Не маловат размер… для бабушки? – для проформы спросил сержант и коротко, без замаха, врезал Крыжевскому по печени.

Вызванное нарядом подкрепление, после недолгого прочёсывания местности, обнаружило в кустах вблизи кладбища мёртвую девочку со следами изнасилования.

– Это не я! – в ужасе заорал Крыж при виде мёртвого детского тела.

– Если не ты, тогда кто? – холодно спросил сержант. – Или, кроме тебя здесь ещё кто-то голый бегал?

– Это не я! Поверьте, это сделал не я! – бился в истерике Крыж.

– Конечно не ты! Ширинку только застегни, – миролюбиво предложил патрульный и сильно ткнул носком сапога Крыжевскому в пах. Крыж ойкнул и завалился набок.

В ходе следствия Крыж всё отрицал.

– Напрасно Вы упорствуете! – задушевным голосом пытался его образумить следователь. – Вот смотрите – это заключение биологической экспертизы. В нём чёрным по белому зафиксировано, что ДНК крови потерпевшей совпадает с ДНК образцов, изъятых с Вашей одежды, по-русски говоря, на вашей одежде обнаружены следы крови потерпевшей. А это заключение химической экспертизы. Здесь прописано, что химический состав земли на месте преступления совпадает с частичками грунта, изъятых для проведения экспертизы с ваших брюк. Согласны? Или это кто-то другой в ваших брюках малолетку трахал? Я уже не говорю о детских трусиках, изъятых у Вас при досмотре. Ну что, будем упираться дальше, или чистосердечно раскаемся?

Но Крыжевский продолжал упорствовать, и вскоре следователь потерял к нему интерес.

– Предварительное следствие закончено. Вам осталось ознакомиться с материалами дела. Предупреждаю сразу: смягчающих обстоятельств в ходе следствия мной не выявлено, так что получите по максимуму, – сказал на прощание следователь и покинул кабинет для работы с подследственными.

В конце следствия Крыжевского неожиданно перевели в одиночную камеру.

– Это чтобы тебя свои же раньше времени не порешили, – пояснил пожилой инспектор, запирая Крыжевского в одиночку. В этот же вечер Крыжевскому вместе с ужином пришла «малява». «Аз есмь воздам»! – гласил короткий напечатанный на машинке текст.

– У-у-у! – по волчьи завыл Крыжевский и заплакал…

Утром тучный инспектор обнаружил в камере труп подследственного Крыжевского, который повесился на оконной решётке, разорвав простынь на полосы.