Клуб избранных

Плохой признак! Видимо, уже «списал» меня в покойники», – с горечью подумал Денисюк, глядя на обладателя седого ёжика и квадратной челюсти.

– Отдай, старик! Не играй со смертью! Ты же видишь, сегодня не твой день.

«Видимо это мой последний день», – решил про себя Денисюк, но вслух произнёс:

– Хорошо! Я отдам Вам то, за чем Вы пришли, а Вы сохраните мне жизнь.

Роман Юрьевич откровенно блефовал, но другого выхода не было. Медленно он подошёл к письменному столу и вынул один из трёх ящиков. На торцевой стенки ящика липкой лентой была приклеена «флэшка», на которую Денисюк «скинул» свои ещё неопубликованные мемуары. Отодрав ленту, он взвесил «флэшку» на ладони, помедлил мгновение и кинул её незнакомцу. Таинственный визитёр поймал её, покрутил в руке и вернул хозяину.

– Так дело не пойдёт! Включи ""комп"" и выведи содержимое «флешки» на экран, – потребовал незнакомец.

Денисюк вынужден был подчиниться, и по монитору побежали выстраданные автором строки.

– Фуфло! – коротко резюмировал ночной посетитель. – Должен быть фильмец, а ты мне что подсунул?

Денисюк промолчал: блеф не удался.

– Я так понимаю, разговора не будет? Не упрямься, старик! Жизнь дороже! Отдай, и дело с концом.

Денисюк молчал, между ним и пистолетом в кармане бушлата было метра три, но на пути стоял вооружённый незнакомец. Шансы завладеть пистолетом были равны нулю. Оставалось ждать неминуемой развязки, и она не заставила себя ждать. Визитёр вздохнул и выстрелил. Пуля ударила Денисюку в грудь, и он упал в стоящее за ним старенькое кресло. Убийца посмотрел на ещё живую жертву и выстрелил второй раз. Вторая пуля вошла в грудь чуть левее первой. Денисюк дёрнулся, но продолжал дышать и удивлённо моргать глазами.

– Что за чёрт? – удивился незнакомец и, приподняв ствол, выстрелил третий раз. Третья пуля ударила точно в переносицу, и голова жертвы резко запрокинулась назад. Движимый профессиональным интересом, убийцу подошёл к трупу и, запустив руку за отворот куртки, вынул на свет пробитый двумя пулями томик стихов Ахматовой.

Раскрыв книгу наугад, незнакомец многозначительно хмыкнул и тихонько, в полголоса прочёл:

«Не бывать тебе в живых! Со снегу не встать!

Двадцать восемь ножевых, огнестрельных пять.

Горькую обновушку шила другу я

Любит, любит кровушку русская земля»!"

"Через десять дней в далёком Нью-Йорке Макара Краснопольского нашло письмо с московским штемпелем. В письме нотариус Андреева сообщала, что

«…господин Краснопольский является единственным законным наследником имущества г. Денисюка, и в связи с кончиной последнего, наследнику надлежит в течение полугода вступить в свои права».