Избранные произведения. Том 6. Проклятые

Здесь запись эпизода последней недели из «Истинных историй Старого Запада». Третью неделю подряд голосующая аудитория превышает пятьдесят миллионов. Что вы думаете?

— Никаких сомнений, Эр. Эл.! — выпалил инспектор. — Публика просто пожирает это шоу. Вокруг говорят, что наш рейтинг подскакивает до небес.

— Я согласен, сэр. «Фрости-О» думают также и хотят перезаключить контракт еще на три года. А что ты думаешь, Билл?

— Несмотря на расходы, Эр. Эл., мне кажется прибыль будет больше, чем предполагалось бюджетом.

— Превосходно, Билл Марпл?

— Восхитительная продукция, Эр. Эл.! Откинем скромность, я полагаю, все кто связан с этим шоу, заслуживают нашего всяческого поощрения за прекрасное исполнение идеи.

— Причудливый выбор слов, Марпл, — проговорил Девид. — В действительности, если мне не изменяет память, кажется, именно ты ответственен за то, что «Истинные истории Старого Запада» были включены в производственное расписание?

— Да, я имел честь это сделать, — скромно ответил Марпл.

— И тебя не беспокоит, что дюжины актеров и актрис искалечены и безжалостно убиты, чтобы удовлетворить твое чувство художественной устремленности и рекламный отдел жирных производителей круп?

Марпл никогда раньше не сталкивался с таким аргументом и, выбитый из колеи его уникальностью, только и смог сказать:

Девид резко встал и уставился через стол на создателя программ.

— Я спрашиваю, не чувствуешь ли ты угрызений за хладнокровное убийство сотен исполнителей за год!

— Ну уж, Эр. Эл., — заявил Марпл. — Я буду протестовать, я… я… — он величественно обернулся к Девиду.

— Вам следовало бы знать, мистер Техас, что я лично беседовал с каждым исполнителем, который занят в «Истинных историях Старого Запада». Они знали, что их ожидает. Скрупулезно выполняются все правила профсоюза. У Си-Би-Си, могу я прибавить, самая лучшая техника и восстановители. Изредка кто-то уходит со шрамами или зазубринами, но что поделать — профессиональный риск.

— А как насчет психических шрамов, Марпл? Естественно, никто не получает серьезных увечий. Но они чувствуют эти пули и стрелы, проникающие в их плоть, они чувствуют боль и страдания…

— Достаточно, мистер Техас, — объявил Эр. Эл. — На дворе не двадцатый век, как вам известно. Так что боль здесь весьма незначительна. Никого не принуждают быть актером.

За то, что им платят, можно немного и потерпеть. Вы когда-: нибудь видели «Клавдий из Рима»? Вот там шоу, которое, действительно, требует крепкого желудка, чтобы усидеть до конца! Я полагаю, вам надо извиниться перед Марплом.

Марпл сидел с выражением первого христианского мученика на лице.

— Я ужасно извиняюсь, джентльмены, — проговорил Девид, отталкивая стул в сторону, — но чувствую себя немного нездоровым.