Избранные произведения. Том 6. Проклятые

Борьба с Амплитуром займет еще лет сто, если не тысячу. В любом случае никто из нас в этой комнате этого не увидит. Поэтому мы сейчас должны позаботиться о том, что мы оставим далеким потомкам. Кроме того, — добавил он уже своим обычным напористым тоном, — разве не к этому вы сами стремились — чтобы ваш мир по возможности ни с кем не был связан?

— Конечно, — ответил Уилл. — Я хотел, чтобы нас оставили в покое. Но не чтобы нас не любили.

— Об этом речь не идет, — мрачно сказал Пасийакилион.

— Вашим народом даже восхищаются по всему Узору.

— Конечно. Потому что никто не хочет воевать. Это не любовь. Можно восхищаться коброй, но разве вы захотите к ней прижаться?

— Ну, вы это могли бы назвать «любовью-ненавистью», — сказал Т’вар, к которому вернулось чувство юмора.

— Разве это имеет такое большое значение, Уильям Дьюлак? — спросил турлог, — ведь вы же, кажется, добились того, к чему давно стремились.

— Не знаю, — пробормотал Уилл. — Мне так всегда казалось, но вы смутили меня.

— У вас что, такое большое желание быть любимыми? Вам недостаточно, чтобы вас ценили?

— Чтобы ценили? Но за достижения в цивилизации, в культуре, а не за умение убивать.

Турлог повернулся к морскому пейзажу в баллоне.

— Прошу прощения. С’ван и я считали, что вы имеете право знать обо всем этом правду.

— Время уходить. — Т’вар потянул Уилла за рукав. — Вы услышали то, что должны были услышать.

— Но у меня еще есть вопросы.

— В другой раз, — проскрежетал турлог. — Сейчас я должен заняться яйцами.

— Это, должно быть, лестно для вас, — сказал Т’вар, когда они вышли в нормально освещенный коридор. Он оглянулся. — Пасийакилион уделил вам больше времени, чем кому бы то ни было, включая Кальдака. Больше того, он отвечал на ваши вопросы, вместо того, чтобы просто передавать информацию. Он очень хотел, чтобы вы поняли.

Уилл замедлил шаг, пристраиваясь к Т’вару.

— Не думаю, чтобы я ему очень понравился.

— Турлогам не «нравится» никто, даже их сородичи. — Т’вар вошел в лифт, который должен был поднять их на поверхность. — Но они помогают просто потому, что им ненавистна мысль о подчинении Назначению. И меньшее напряжение для них — сотрудничать с Узором.

— Все, что он сказал, — правда?

— Я никогда не слышал, чтобы турлоги лгали.

— Никто не хочет, чтобы мы были в Узоре.

Они достигли уровня моря. Уилл с облегчением увидел свет дня и был рад, что не нужно больше разговаривать со странным и грубоватым чужаком.

— Возьмите турлогов, — объяснял Т’вар своему товарищу, — их никто не любит, но их способностями восхищаются. С’ванам скорее завидуют, чем любят. И никто не в особом восторге от лепаров. Так стоит ли вам и вашему народу так об этом беспокоиться? Вы не одиноки.

— Дело не только в нелюбви.