Избранные произведения. Том III

Когда загнали всех, шустрый обернулся к стоявшему рядом директору и спросил:

— А ты что не раздеваешься? Тебя что, в костюме кипятить?

— Как так? Да я же консультант!

— Консультировать можно и изнутри, — ответил шустрый, подталкивая директора к котлу, а тот, будучи бесплотной душой, не мог сопротивляться. Он только надеялся, что котел, выкованный на его заводе, обязательно развалится.

Киллер

Мне нравится это слово. В нем есть лаконичная окончательность приговора. Оно куда точнее расплывчатого «убийцы» или хлюпающего «палача». Неважно, что оно иностранное. В нашем языке заимствованы все современные слова. И чем оно хуже слова «спонсор»?

Это я объяснил заказчику, когда он спросил, как меня называть.

Заказчик внутренне суетился и старался этого не показывать. Многие заказчики суетятся. Они переносят мою функцию по отношению к жертве на себя и воображают, что я не дождусь момента, когда выполню заказ и примусь за самого заказчика. Наверное, чтобы похоронить объединяющую нас тайну.

А я не убил еще ни одного клиента. Правда, если закажут и заплатят, то могу и убить. Но эти два действия между собой не связаны.

— Называйте меня киллером, — сказал я. — Меня это устраивает. Это хорошее, красивое слово.

— Конечно-конечно… красивое. — Он улыбнулся одними губами, а глазенки были испуганными.

— Перейдем к делу, — предложил я. — Что у нас за работа?

Я старался говорить нейтрально, вежливо, как санитар «Скорой помощи».

— Честно говоря, я сейчас не готов…

— Я приехал к вам не для того, чтобы вас убеждать или разубеждать. Заплатите мне за бензин и потраченное впустую время.

Он сразу замолчал. Не ожидал, что я так легко откажусь от счастья сотрудничать с интеллигентным человеком.

У него были пухлые щечки в красных жилках и мешочки под глазами. Он был скопищем тайных пороков и, наверное, примерным семьянином.

Прошла минута, прежде чем он заговорил снова. Конечно же, он не собирался отказываться от своего намерения. Просто было нелегко изложить его вслух.

Я решил помочь ему:

— Представьте, что я — специалист по болезням простаты. Как бы я ни щадил ваши чувства, наступит момент, когда я попрошу вас снять штаны.

— У вас странное чувство юмора.

— Это не чувство юмора, а чувство сарказма. Редкое явление.

— Вы говорите как образованный человек, — сообщил он, стараясь оттянуть роковой момент. Штаны спускать не хотелось.

— Вы тоже. — Я не принял комплимента.

Следующая пауза оказалась долгой, но я не стал его торопить, потому что рисковал потерять клиента. А мне были нужны честно заработанные деньги.

Наконец он глубоко вздохнул. Рыжие глазки потускнели. Сейчас он все-таки пойдет к доске.

— Я писатель, — сказал он.

Я кивнул. Разумеется, всем известно, что он писатель.