Избранные Луной (СИ)

Вы мне скажете, что это был за приступ и почему ей до сих пор нужны ежеквартальные обследования? Она все еще настолько слаба?

— Ты не ответил ни на один мой вопрос. — ухмыляется Эртал. — Но посчитал правильным задать мне свои. Несмотря на твою силу, которую я уважаю, мой юный волк, мы сидим в эту минуту моем кабинете. И мои вопросы сейчас гораздо важнее.

Опускаю голову, а на губах появляется улыбка. Меня уже давно никто не отчитывал. Вновь ощущаю себя нашкодившим мальчишкой. И принимаю решение сказать Эрталу все как есть.

— Я чувствую к ней желание, целитель. Безмерное. — смотрю на свои руки. — Еще ни одну женщину мне не доводилось желать так же сильно. И ничто в ее запахе не способно меня оттолкнуть. Он полностью безупречен. Когда я его вдыхаю, словно открываю мир заново и вижу краски ярче. Я ни на секунду не сомневаюсь, что это именно та девушка, с которой я хочу прожить жизнь. И та, ради которой я готов отдать свою. Но я не…спал с ней, так как боюсь, что она не сможет принять мою силу. Есть основания полагать, что ночь со мной может убить Дженнифер. — будто сбросив камень с души, поднимаю на доктора хмурый взгляд.

Эртал пару минут с любопытством изучает меня. Откладывает карандаш в сторону.

— Мне понравилось все, что ты сказал. Кроме последних высказанных тобой опасений. Что за невежественный вздор, юный альфа? Оборотни в парах не калечат друг друга, тем более в избранной связке.

— Вы не можете знать точно. А если она…

— Это я-то не могу знать точно? Ха. Дженнифер к вечеру будет в полном порядке. Моя клиника, конечно же, не место для утех юных влюбленных, но будем считать это лечебной процедурой и на одну ночь закроем глаза и шторы. Поэтому жду тебя в районе восьми для…закрепления вашей истинности.

— Почему? Проблемы с потенцией? — удивленно выгибает бровь. — Я дам лекарство.

— Моя сила ее убьет.

Диалог видится мне бредом наяву.

— Твой зверь ее исцелит. Но, погоди-ка. — снова берет карандаш. — Откуда в тебе все эти мысли про силу, причиняющую вред паре? Точно не из книг, не из опыта, и не из рассказов семьи. Оуэн, мне нужно знать.

— Предсказательница. — нехотя выговариваю я.

— Ты ставишь мое слово, слово целителя с тридцатилетним опытом, против слов какой-то предсказательницы? — и по его мрачному взгляду можно с уверенностью сказать, что это оскорбляет профессиональные чувства Эртала. Оборотень встает с места. Заключает пальцы в замок и делает пару шагов к книжным полкам. — Допустим. Ты переживаешь за свою избранную и не хочешь рисковать. Допустим… На чем она гадала?

— Кости курицы, напиток сияшу, маки? — поворачивается ко мне, ожидая ответа.

— Это был какой-то чай. Безвкусный. Бесцветный.