Избранное (ЛП)

В дверях возникла Сущность, и теперь стремительно скользила по полу в его направлении, похожая на гигантскую пиявку. От нее исходил слабый фосфоресцирующий свет, поскольку, хотя сумерки снаружи сгустились до черноты, я отчетливо мог видеть ее в излучаемом ею ужасном свете. От нее исходил сильный запах разложения и гниения, как от находившегося длительное время под водой ила. Казалось, у нее совсем не было головы, но спереди виднелось отверстие, образованное складками кожи, открывавшееся и закрывавшееся; по бокам виднелась жидкость, напоминающая слюну. На ней не было растительности, она напоминала какого-то слизняка или личинку. Приблизившись, она приподняла свою переднюю часть над полом, и, подобно нападающей змее, бросилась на него...

Вид происходящего, ужасные крики, - меня охватила паника, мое мужество испарилось, я внезапно ослаб и, будучи едва ли не парализован страхом, не понимая, что делаю, предпринимал тщетные попытки ухватить Сущность непослушными руками. Что бы она из себя ни представляла, ухватить ее не было никакой возможности: она вся была покрыта слизью, мои руки погружались в нее, как в жидкую грязь. Это было похоже на борьбу с кошмаром.

Мне кажется, прошло несколько секунд, прежде чем наступила развязка. Крики несчастного перешли в стоны и невнятное бормотание, после того как Сущность набросилась на него: он раз или два вздохнул, и замолчал. Еще какое-то время продолжались булькающие и всасывающие звуки, а затем Сущность выскользнула тем же путем, что и вошла. Я зажег лампу, которую так и не смог зажечь он; на полу лежала лишенная жизни кожаная оболочка, с проступающими сквозь нее костями...

Я отправился в Швейцарию незадолго до Рождества, ожидая, по опыту, месяц божественно прекрасной погоды, катания весь день под ослепительным солнцем, в обжигающим морозом воздухе, без малейшего ветерка. Иногда, - и я был к этому готов, - возможен снегопад, в течение максимум сорока восьми часов, но затем опять наступят прекрасные дни: безоблачное небо, легкий морозец, даже ночью не опускающийся далеко от нулевой отметки, и яркое палящее солнце.

Погода, вопреки ожиданиям, оказалась отвратительной. День за днем на горную долину, долженствующую почивать в спокойствии и безветрии, накатывали шторма, принося с собой мокрый снег, не прекращавшийся даже ночью. В течение десяти дней он не прекращался ни на минуту, и каждый раз вечером, глядя на барометр, я видел, как его стрелка, раз за разом, опускается все ниже и ниже, пока неподвижно не замерла на отметке "Шторм". Я рассказываю об этом с той целью, чтобы читатель, не верящий в подобные вещи, мог приписать все случившееся нервному расстройству, несварению желудка по причине ужасной погоды и вызванного ею тревожного состояния.