Избранное

Но то был очень громкий скандал, а как поступят теперь, не знаю, – покачала головой Лэсси. Дайсону очень нравилось наблюдать, как блестят ее волосы в искусственном свете. – Нужно спросить у сьера Тари – он, думаю, лучше разбирается в таких вещах. Нам на занятиях говорили о подобном только в общем, мы же не заклинатели.

– А о чем вы хотели поведать суду, сье? – спохватился Сэл.

– Подумала: быть может, мне позволят исполнить последнее желание?

– Попрощаться с Ренном, конечно же. И отнести ему… булочки…

Она коротко всхлипнула, моргнула, а в следующее мгновение на полицейских уставилась уже настоящая хозяйка тела.

– Я старалась ее удержать, клянусь! Но она намного сильнее меня… Наверно, мне и удалось призвать ее дух только потому, что у нее… у нее такая воля к жизни. А еще есть якорь, который держит ее в этом мире, – выговорила сье Обри. – Это ужасно… Просто ужасно… Вряд ли вы поймете, вы этого не ощущаете, а я чувствую ее боль постоянно!

– Надо Тари сказать, пускай понадежнее запечатает сье Дани, – буркнул Арди.

– Не надо! – воскликнула сье Обри. – Не надо… Иначе я с ума сойду в этой вашей ужасной темнице! А так… я с ней разговариваю. Эла рассказывает о войне, о… о всяком… Я ей даже завидую – такая непростая жизнь, но интересная! А я? У меня ничего… ничего…

Она уткнулась лицом в ладони за неимением платка, и цепочка наручников негромко звякнула, возвращая всех к реальности.

– Ну, сье, перестаньте. – Сэл выудил из кармана и подал ей несколько немного мятых бумажных салфеток. – Вы ведь обеспечили себе более чем веселую жизнь. Наверно, и волшбой занялись, чтобы не скучать?

Сье Обри покивала и шумно высморкалась.

– Бабушка немного умела гадать и меня научила… Потом я сама… А родители хотели, чтобы у меня было образование и какое-то дело в руках. Ну вот: образование получила…

– К слову, юридическое, – подсказала Лэсси.

– Да, но я ничегошеньки уже не помню! Только как засыпала над всеми этими сводами, параграфами… и как прятала шпаргалки за подвязкой и в туфлях… А один преподаватель не переносил женских слез, и только так я получила тройку… с пятой пересдачи…

– Ну, не пошли служить по нашей части, так дело-то у вас есть. Лавочка, если не ошибаюсь.

– Каффета. Отец подарил, чтобы посмотреть, как я стану справляться. Я… у меня получается, но дохода почти нет, и если бы не рента, не знаю, как бы я жила…

Будто плотину прорвало – Лали Обри заговорила и никак не могла умолкнуть, а Сэл сделал остальным знак не перебивать ее. Вдруг в этом потоке слов мелькнет что-нибудь ценное?

Родителей сье Обри уже не было в живых, и оставили они ей не так уж много. Но и не вовсе мало: если с умом распорядиться каффетой в приличном квартале и недурным домом в предместьях, можно жить припеваючи.