Избранное

Все тело (те его части, что я мог различить под простыней) и голову Тродды покрывали повязки, на виду оставался лишь левый глаз и темная щель рта.

Безусловно, это была именно она – на таком расстоянии я хорошо ощущал ее, – но словно поблекшая. «Выгоревшая», – пришло мне на ум подходящее сравнение. От прежней силы Тродды почти ничего не осталось, только угольки тлели под толстым слоем пепла…

Мне доводилось слышать о том, что чародей, переусердствовав, может лишиться своего дара. Кто-то восстанавливается со временем, кто-то нет… Что же сделала она? Пыталась защититься от огня, но у нее ничего не вышло?

Краем глаза я взглянул на Кьярру, и она едва заметно кивнула в знак того, что тоже узнала Тродду.

– Вот что бывает с чародеями, – вдруг громко сказала Кьярра, и Альтабет невольно вздрогнула.

– Их сжигают. – Золотистые глаза загорелись мрачным пламенем. – Мама говорила. Огонь поглотит их, и проклятый дар не поможет. Мама всегда права.

– Это был несчастный случай, – сказала Альтабет. – Никто не застрахован…

– Она чародейка, – перебила Кьярра. – Это ее расплата. Все они сгорят. А кто не сгорит, тот утонет, так говорила мама.

На мой взгляд, она немного перестаралась с фанатичностью, зато Альтабет эта грубая игра проняла. Может быть, потому, что Кьярра не очень-то притворялась: будь ее воля, она наверняка отыгралась бы на чародеях за свой плен и последующие мучения. И я бы ее не осудил.

– Но ты ведь понимаешь, что и сама владеешь тем же даром? – негромко спросила Альтабет.

– Да. Это проклятие. Но можно не давать ему воли. – Лицо Кьярры на мгновение исказилось. – Мама научила, как. Я сильная. Я справлюсь.

– Милая, если ты будешь душить свою силу, она рано или поздно убьет тебя!

– И правильно. Мама хотела сама это сделать, но не успела. А я не умею.

Альтабет в ужасе взглянула на меня, а я только сделал скорбное лицо: дескать, сами видите, с кем мне приходится иметь дело.

– Может быть, если ты научишься владеть этим даром, то сумеешь сделать много хорошего? – предприняла она новую попытку.

– Убивать врагов того, кто прикажет? – ухмыльнулась Кьярра. Честно говоря, мне самому сделалось не по себе. В другой ситуации я предпочел бы ретироваться, да вот беда – было некуда. – Пока они сами меня не убьют, как эту?..

– Тродда ни с кем не воевала, – мягко сказала Альтабет.

– Ее обжег кто-то другой, – уверенно произнесла Кьярра. – Значит, это был враг.

– Это был несчастный случай, – повторила та.

– Что, другой чародей что-то поджигал, а она стояла рядом и не успела отскочить? – не выдержал я. – Госпожа Суорр, вы ведь сами мне сказали, что ожоги причинены колдовским пламенем. Племяннице я этого не говорил, но, судя по всему, она и без того прекрасно различает, что к чему.