Избранное

 – Но все-таки мне лучше вернуться поскорее. Я, видите ли, сопровождаю тяжело больного человека.

– Не заразного, я надеюсь?

– Нет, что вы. Кто бы пустил меня с таким в поезд?

– Влияния столичной обители вполне достаточно, чтобы служащие пренебрегли правилами безопасности. Впрочем, больного и все ваше купе могли надежно зачаровать, не так ли?

– В этом нет необходимости, – сказала Альтабет. – Я выразилась не совсем верно. Бедняжка страдает от телесных ран, не от заразной болезни.

– Ну что ж, это другое дело, – кивнул я. – Но почему вас – финансового советника, если я верно понял ваши слова, – назначили сопровождающей для какого-то покалеченного? Полагаю, его отправили в столицу, поскольку лекари в Талладе не смогли ему помочь, но…

– Это часть моего служения, – серьезно произнесла она. – Вы правы, господин Рокседи, несчастной женщине необходима помощь не простых докторов, а чародеев. В Талладе нет никого, кто обладал бы нужной квалификацией, ну а поскольку я возвращаюсь в столицу, то мне не сложно присмотреть за раненой. Она надежно усыплена и не доставляет хлопот. В противном случае нас действительно не пустили бы в поезд: раны причиняют ей страшные мучения, обычные средства не приносят облегчения, и она кричит, не переставая, если не наложить чары.

– Понимаю… – Я заподозрил неладное, но пока не мог сказать, в чем именно оно заключается. – Должно быть, с вами путешествует и чародей? На случай, если колдовство ослабнет?

– В этом нет необходимости, – ответила она. – Моих сил вполне хватит на то, чтобы не дать моей подопечной очнуться до самой столицы. А уж там ей помогут. Я сообщила, кому следует – все будет готово к нашему прибытию, и раненую заберут ее собратья.

– Я что-то не уловил… Она чародейка?

– А я не сказала? Да, так и есть.

Вот, значит, кого почуяла Кьярра! Не Альтабет – от нее, повторюсь, колдовством тянуло очень слабо. По сравнению с той же Троддой она была все равно что мотылек против дракона!

– Нет, – Альтабет покачала головой. – Сама я ничего почти не умею. Возможно, если бы в детстве кто-то обнаружил и развил мои способности, я сама сделалась бы целительницей, но теперь уже поздно. Я способна только активировать лечебные амулеты – их у меня при себе достаточно, – когда чары на раненой начинают рассеиваться. А еще, – добавила она, – я могу заметить колдовство, если оно творится рядом со мной.

– Рад за вас и пострадавшую – вижу, она в надежных руках, – учтиво сказал я. В голове набатом гудел тревожный колокол. – Однако вы по-прежнему не ответили на вопрос. Я даже повторю его: что ваше любопытство позабыло в моем купе?

– Я просто проходила мимо, когда почувствовала… нечто странное, – медленно выговорила Альтабет, не сводя с меня глаз. Мне было не по себе под этим взглядом.