Избранница Звездного лорда

– Тайра, я же ходить не смогу, – потрясенно выдохнула я. – Оно ж невообразимо тяжелое!

– Минутку, сейчас все соберется в один образ, и вы увидите, насколько красиво платье.

Целительница принялась нажимать на какие-то кнопочки, а Медок продолжила нравоучения:

– Имей в виду, вся одежда, которая связана с церемониями, делалась вручную. Вот эта вышивка на платье – символ чистоты невесты.

Зверек ловко забрался на плечо вайеры и завис на месте, так никуда и не показав. Потому что в этот момент наряд стал завершенным. То есть я действительно увидела, как он должен смотреться на фигуре, и мне понравилось. Хотя такого количества ткани в одном платье я не видела никогда.

– Красиво, – выдохнула, разглядывая платье.

Прав был Диал, декольте они не увидят, его тут просто нет. Белоснежное платье оказалось настолько закрытым, насколько это вообще возможно. Откровенно говоря, только кисти рук да мое лицо, если я полупрозрачную шаль не накину, останутся доступными для взора.

Меня смущало обилие драгоценностей, что жемчужной росой располагались вдоль вышивки, образуя витиеватый узор и алым заревом сплетаясь с золотой нитью. Смотрелось потрясающе красиво, но, учитывая опыт в модельном бизнесе, я знала, какими неудобными и порой травмоопасными могут быть красивые вещи.

А к этому платью еще и головной убор с шалью прилагался. Я просто не уверена, что смогу в нем нормально ходить. Как бы не опозориться перед родственниками лорда Дамира и его подчиненными…

– Леди Медок, позвольте отложить ваш инструктаж касательно платья на более позднее время, – вдруг произнесла вайера. – Я бы не хотела, чтобы леди Атенаис испортила себе настроение или испугалась. Расскажите лучше о церемонии, например, о том, как будет красиво.

– Красота делегации и столицы не поможет Атенаис чувствовать себя превосходно. А вот нужная информация, наоборот, придаст уверенности, – не согласился зверек и ловко перебрался с целительницы ко мне. – Итак, речь ритани Маниры аль Кахар…

На следующие два часа я словно бы вернулась в прошлое. Когда была юной, амбициозной, верящей в то, что моя красота откроет любые двери, а успех показов и съемок для визиокаталогов принесут славу и всенародную любовь. Под монотонный бубнеж питки, который иногда разбавлялся эмоциональными возгласами, я позволяла леди Тайре творить красоту.

Для начала меня обрядили в нижнее платье, которое было тоньше и прозрачней паутины. Затем шло несколько юбок, которые целительница придирчиво поправляла, заставляя снимать и надевать их заново, – честное слово, не знаю, что ей не нравилось… И только потом верхнее платье, то самое, усыпанное каменьями.

Прежде чем вайера начала делать макияж, я, можно сказать, отработала походку.