Избранница принца Ночи

— Во-вторых, — продолжил он, — человеку, которого собираются продать в рабство, не предоставляют свободу выбора, одним из пунктов которой является возвращение домой. И в-третьих, для сексуальной рабыни у тебя слишком спокойный вид.

Спокойный?! Хм, ей вообще-то казалось, что желание придушить его написано у неё на лице крупными буквами. Может, размер шрифта увеличить или подсветить?

Хотя этого, похоже, ничем не проймёшь. Он будет продолжать изгаляться, даже если навести на него пистолет. Скажет, что забыла снять с предохранителя, что патроны из обоймы он загодя вытащил, и вообще у неё невозмутимый вид для человека, который собирается убить.

— Убедительные аргументы, — не поворачиваясь к собеседнику, согласилась Диана. — Особенно первый, — эти слова она не только пропитала ядом, но ещё и обильно полила им сверху.

Скосила глаза и заметила, как на губах брюнета промелькнула неясная улыбка. Похоже, яд он проглотил с удовольствием, разве что не облизнулся. Наслаждается тем, что проклятая привязка исключает сексуальную связь с кем-то, кроме них с братом? Ну-ну, чёртов собственник, ликуй, веселись!

— Я рад, что ты перестала числить нас монстрами, — неожиданно произнёс он.

Ну, это он зря к такому выводу пришёл. Очень зря.

Диана уже было открыла рот, чтобы опровергнуть заявление, как Максимилиан вдруг отстал, так и оставив последнее слово за собой.

Наверное, присоединился к братцу, чтобы похвастаться, как поиздевался над ней.

Нет, оказывается, товарищ пристроился к своей ученице. Теперь её взялся доставать? Или с Леночкой он более любезен? Ну, да, наверное – целый день с ней вчера провёл. А может, и не только день. С него станется.

Ох, как же любопытно, о чём они говорят!

Диана так глубоко задумалась, строя предположения, что не заметила, как с ней поравнялся Эдвард.

А этого зачем принесло?

Верный ответ посетил её одновременно с его словами.

— Лошадь хорошо чувствуешь? — спросил он.

— У нас взаимопонимание, — кивнула Диана, а про себя подумала: «Чего не скажешь о твоём братце».

Эдвард бросил взгляд на её ногу, и его брови сразу же сошлись к переносице.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ступни глубоко в стремена ушли, — сказал он.

— Да? Я и не заметила. Видимо, ноги сами стремятся к комфорту.

— А они должны стремиться к безопасности.

Диана высвободила ступни. Эдвард удовлетворённо ухмыльнулся. Максимилиан наверняка что-нибудь съязвил бы на его месте.

Голова почему-то сама повернулась. Едут, голубки, ноздря в ноздрю.

— Да здесь он, здесь, — бросил Эдвард.

Диана чуть с лошади не упала.

— Ты о ком? — задала она туповато-риторический вопрос.