Избранники Милли (СИ)

— Ах-х-шшш… — вскрикиваю я, когда укус приходится на вершинку груди и отдаёт электрическим ударом в позвоночник. Меня выгибает от непривычно сладкой боли, и парни замирают.

— Больно? — шум в ушах от биения собственного сердца и крови, которую оно так нещадно перегоняет, что я даже не понимаю кто спрашивает.

— Нет, — машу головой, притягивая Ариута обратно. — Хорошо. Продолжайте.

И они продолжают. Продолжают терзать моё тело, мою плоть, мою душу, пока я не начинаю вибрировать как снежная шапка, в любой момент готовая сорваться и превратится в лавину. Хочу большего! Хочу быть заполненной!

— Хочу тебя, — говорю, а они пусть сами решают кто это будет. — Хочу, — вылетает мольбой.

Сильные руки сжимают мои бёдра. Впиваются в них до терпимой боли и вскоре ко входу прислоняется горячая пульсирующая головка. Смотрю сквозь веер ресниц в зелёные глаза, в которых сейчас так штормит море, что меня укачивает.

— У-у-у… — вырывается из моего горла протяжной волной, когда он толкается вперёд.

Накалили. Распалили меня так, что буквально через пару минуту я взрываюсь на атомные крупицы. Эльф вбивается в пульсирующее лоно, а вскоре и сам следует за мной в пропасть. Щёки пылают. Вся кожа. Будто окутана пламенем, а по венам течёт настоящая лава. Но мне мало…

— Мало… Ариут, хочу тебя… Ещё хочу…

Ноа покидает моё тело, а грудь жалит что-то холодное. Я тихо пискнув, распахиваю глаза и едва сфокусировав взгляд вижу, как ирлинг сдавливает надо мной спелый фрукт. Капли кажутся ледяными по сравнению с температурой моего тела и в то же время это с новой силой затягивает узел желания внизу живота.

— Ты такая красивая, — хрипит он и снова кап, кап, кап…

— Ох… — закусываю нижнюю губу на этот раз до крови и поворачиваюсь к эльфу. Он лежит на боку подперев голову рукой и продолжает изучать моё тело, наблюдать за реакцией, но не вмешивается.

— Ты такая желанная, — продолжает Ариут и снова вздрагиваю от новой порции липких, холодных капель. Как они остудили так эти фрукты? Или это я такая горячая?"

"Чувствую, как щекотно становится, когда капли собираются и срываются в побег по моим изгибам. Заполняют пупок, скатываются с вершин груди к шее. Ирлинг отбрасывает сжатую мякоть и припадает к коже ловя эти капли. Вылизывает. Зацеловывает. Кажется, каждый миллиметр кожи успел изучить перед тем как нависнуть надо мной на вытянутых руках. Снова я вижу в нём порочного Тёмного Ангела, который хочет окончательно испытать меня грехом. Достать из затворок черепушки самое тёмное и потаённое. Облизывает свои губы, прожигая своими синими глазами и склоняется выдыхая прямо в лицо сладковатый аромат.

— Ты такая сладкая…

Всё! Грани стёрты!

Хватаю его за шею и тянусь на встречу, чтобы утолить свою жажду. Ощутить его вкус на своих губах. Языком.