Избранница для демона (СИ)

Только отодвинуться: чужие губы продолжали елозить по моей шее, спустившись почти до ключицы, и кожа покрылась мурашками.

И Олег отстранился, к моей вялой радости, только вот радовалась я недолго. Потому что мои руки теперь принялись привязывать к спинке, благо деревянные столбики отлично приспособлены к этому. Я издала смешок, наблюдая за Олегом, потом подергала разведенные и зафиксированные руки, поерзала, чувствуя себя не слишком уверенно.

— А зачем это? — простодушно спросила, мысли путались и никак не хотели складываться в связные предложения.

— Чтобы ты не мешала мне развлекаться, моя принцесса, — вкрадчиво заявил Олег, и его ладони накрыли грудь прямо поверх трикотажного платья.

А потом медленно заскользили вниз, вдоль тела по бедрам, и стремительным движением задрали ткань до самого верха. Стало совсем не по себе, происходящее все-таки мне не нравилось, хотя жар из тела так и не уходил.

— Н-не надо, — пробормотала я, пытаясь разогнать противный туман в голове, однако получалось откровенно плохо.

— Надо, девочка моя, на-адо, — протянул Олег и стянул тонкое кружево, с вожделением уставившись на мою обнаженную грудь.

Только вот сделать ничего не успел, потому что с улицы вдруг послышался ужасный шум и треск, рев мотоцикла. Отчим встрепенулся, замер, нахмурившись, и нервно схватил банку, отхлебнув из нее.

— Что за хрень? — выпалил он и выпрямился. — Здесь никого не может быть, кого еще принесло? — потом посмотрел на меня, все-таки погладил покрывшееся мурашками полушарие и раздраженно выдохнул. — Пойду, проверю, Лизонька.

Совершенно неожиданно для себя я дернулась и огрызнулась:

— Я не Лиза.

— Мы это позже обсудим, — Олег поднялся, улыбка стала неприятной. — Зачем ты взяла себе это отвратительное имя, принцесса моя.

После чего вышел, а я осталась одна, полураздетая, привязанная, и с непередаваемым коктейлем эмоций в крови. Проснувшиеся страх и отвращение мешались со странным возбуждением и нездоровой радостью, а в голове вдруг настойчиво всплыла мысль: Саша пришел за мной. Нашел. И, кажется, кому-то сейчас будет очень плохо. Странно, но размышления о мертвом Олеге не вызывали ничего кроме мстительного удовлетворения, а непослушное до недавнего времени тело начало трясти мелкой, противной дрожью. Во рту появился мерзкий привкус, и к горлу подкатил горький ком. Я сильно прикусила губу и зажмурилась до разноцветных кругов перед глазами, плохо соображая, где нахожусь и что происходит. А потом дверь в комнату, где я находилась, кто-то вышиб сильным пинком из коридора.

Ух, ты-ы… Я сразу поняла, что это Настя, а не глюки, навеянные гадостью в крови, однако не испугалась.