Избранница Хозяина холмов - 2

Знаки на теле бывшего друида пока мало о чём говорили мне, я видела только обрывки. Но торопиться было опасно, чтобы он не заподозрил лишнего.

— Моя королева, — наконец усмехнулся Ингюс и, обхватив пальцами мой подбородок, вздёрнул его вверх.

Пытливо посмотрел в глаза и мягким нажатием большого пальца чуть разомкнул мои губы.

Мне нужно терпеть... Терпеть, пока я не добьюсь желаемого. Пока не почувствую ту грань, на которой уже можно будет остановиться.

— Вы готовы пойти со мной дальше? — проговорил он, вдоволь изучив моё лицо. — Иначе не получится. Иначе я не смогу провести вас до конца. Ваше величество.

— Я хочу посмотреть на тебя, — едва выдавила я из сухого горла. — Я так давно этого хочу.

— Я чувствовал.

Хотелось бы, чтобы чувства обманывали его. Хотя глупо отрицать, что меня когда-то и правда влекло к нему так сильно, но это уже прошло.

Ингюс зарылся пятернями в мои волосы и медленно пропустил гладкие пряди между пальцами, откровенно любуясь. Пока он был занят, я выдернула край его рубашки из-за пояса штанов, потянула вверх, внимательно следя за тем, что отражается на его лице. Как он чуть прикрывает глаза, когда я касаюсь его живота, скользя дальше. Поднимая ткань, нарочно не торопясь, пусть и хотелось закончить со всем поскорей.

Сухие крепкие мышцы чуть вздрагивали под его кожей, когда я задевала её особенно ощутимо. Тёмная вязь рисунка открывалась, показывая мне всё больше.

Она так непохожа была на то, что видела у Харелта. Совсем иное, что-то искажённое, словно вывернутое наизнанку.

Вижу ворона и очертания крыльев на плече, росчерки перьев вдоль рёбер. Руны — знакомые и незнакомые одновременно.

Лишние штрихи, перевёрнутые символы, сложенные спиралями и витиеватыми линиями. Под ними — косой рваный шрам вдоль всего бока, уходящий под мышку. Рана была глубокой. И на месте его знаки неровные, сбитые, их узор нарушен — его не восстановить.

На предплечье Ингюса — широкий наруч, заходящий на локоть. И снова те символы, словно жилы под кожей.

Я вожу кончиками пальцев вдоль них, пытаясь понять, и чувствую тонкое покалывание чужеродной силы, что пронзает подушечки.

Руки Ингюса ложатся на мою талию, сжимают, скользят вверх по спине. Шнуровка платья становится свободнее — и жадное дыхание лекаря окутывает оголённое плечо. А я стараюсь запомнить всё, чтобы после рассказать Харелту. Нарисовать — чтобы он смог объяснить, что это. И что нам делать дальше, если без помощи Ингюса я не смогу обойтись.

Я пытаюсь избежать поцелуя, как могу. Но терпение мужчины заканчивается ровно в тот миг, как я упираюсь в его грудь ладонями, безотчётно пытаясь оттолкнуть. Нежелание принимать всё, что сейчас происходит, взбунтовалось внутри. И вылилось в едва заметном движении.

Но он заметил.

Хватка стала крепче.