Избранная для северного дракона

Предпочла золотую клетку, наивно веря, что во дворце безопаснее.

Сквозь невеселые мысли до меня доносятся голоса. Речь идет о союзе южан и виедов. От последних ждут помощь в победе над северянами. От южан дикари рассчитывают получать красивых женщин и таранит. Таранит, межземелье, виеды, драконий переход, климши — столько новых терминов, что легко теряю нить беседы. Снова и снова вспоминаю незнакомца. Его охровые глаза маячат перед мысленным взором, затмевая реальность.

«Найди меня», — последнее, что он мне сказал. С запозданием, но я намерена выполнить его просьбу."

"Вот только бы выветрить из головы туман, что мешает нормально соображать! В текущем беспомощном состоянии я напоминаю себе трехлетнюю Анечку, флегматичную дочурку коллеги. Хотя даже Анечка реагировала на жизнь бойчее меня нынешней.

Желание вернуть себе трезвый ум, чтобы спасти незнакомца, нарастает в силе, постепенно достигает пика и становится таким всеобъемлющим, что изо рта вырывается тихий стон. Аж кровь начинает течь веселее. Руки теплеют, а в подушечках пальцев явственно чувствую болезненное покалывание. Будто онемевшие от холода конечности отогрелись и теперь ноют от активной циркуляции крови.

Поначалу не обращаю внимания, а потом ощущения усиливаются, и мне становится не по себе. Я ведь не была на холоде и отогревать мне нечего.

Странно.

Оглядываюсь по сторонам. Пока аристократы увлеченно обсуждают нюансы будущего соглашения с дикарем, так и не севшим за общий стол, тайком вытаскиваю руки из-под стола и… цепенею.

Мои кисти охвачены зеленой дымкой с мерцающими неоновыми точками.

Едва сдерживаю крик.

Напрасно пытаюсь смахнуть, соскрести с себя странную хрень, что ползет по моим рукам, подбираясь к запястью. Ее ни остановить, ни убрать не получается. За зеленой дымкой продолжает расползаться покалывание.

Я не понимаю, что происходит и что делать не представляю.

Кричать? Звать на помощь?

А вдруг эта зеленая штуковина здесь не в почете, и меня упекут в казематы? Вдруг подобное случается только у иномирянок? А что, если так проявился побочный эффект от отравы? В моем мире наступил бы анафилактический шок, а в этом — предсмертному состоянию предшествует зеленая дымка. Тогда без помощи извне я просто напросто умру!

Самое ужасное, пока паникую и судорожно выбираю вариант действий, зеленая гадость подбирается к локтям. Как бы я не пряталась, как бы ни жалась к столу, скоро ее будет не скрыть от окружающих. Или не прятать надо, а наоборот скорей кричать: «караул, помогите»?

— Ника! Что с тобой? Ты совсем бледная, и сердце частит, — замечает Кейрон, внезапно присаживаясь рядом. — Я прикажу слугам отвести тебя в спальню.

Что ему ответить не знаю. В черных, расширенных зрачках собеседника замечаю, как в зеркале, зеленое мерцание.