Избранная для северного дракона

Цветы, украшающие стол, загораживают гостей. К тому же, своей богатырской фигурой женишок перекрывает весь ряд.

От разочарования охота разреветься. Не успела и двух шагов ступить, как уже отрезана от присутствующих. А ведь так надеялась разыскать здесь Дариуса и урвать с ним разговор наедине! Или хотя бы пообщаться с людьми и насобирать информацию.

Под живую музыку гости рассаживаются по своим местам, но вскоре шумно поднимаются, стоит на пороге появиться королеве, разодетой в золотистое, парчовое платье. На сей раз ее голову венчает корона, сплошь усыпанная драгоценными камнями, а на шее переливается россыпь бриллиантов. Судя по чопорному виду, текущее мероприятие обещает быть предельно важным и официальным, хотя днем говорила, что на банкете можно будет «развеяться».

Развеяться кому?

Разве что мухе, случайно сюда залетевшей.

Столы ломятся от яств. Это моя первая трапеза в новом мире, поэтому накладываю себе на тарелку самую простую еду: лепешки и маленьких целиком зажаренных птичек, по вкусу напоминающих куриные крылышки. Остальные блюда не пробую. Их форма и запах не внушают доверия.

Кейран наливает мне в бокал бордовую жидкость и ужасно злится, когда соглашаюсь лишь на воду из графина. Не доверяю я остальным напиткам. Тем более, слуга, принесший эту бутыль, многозначительно переглядывался с принцем, словно у них есть общая тайна.

— Пей, — рычит этот самый принц, буравя меня карими глазами. — Ты не смеешь отказать мне в такой малости.

— Вы меня пугаете, — лепечу растерянно.

Что за муха его укусила? Еще ни один парень, который за мной ухаживал, не позволял себе подобного тона. Внезапно мужчина глотает из моего бокала, но не успеваю я порадоваться, как он обхватывает меня за затылок и рывком прижимается к моим губам.

От шока, от горячего, наглого, интимного напора я теряюсь и, кажется, собираюсь закричать. Лишь только начинаю мычать в знак протеста, как жидкость из его рта кочует в мой. Одновременно он как-то по-особому склоняет мою голову и я… сглатываю.

— Вы… Вы… — шепчу, тяжело дыша прямо в его губы. Чувствую, как по крови растекается странная апатия, а конечности тяжелеют. Теперь реальность воспринимается сквозь густую ленивую пелену, будто мозг утомился передавать сигналы по нервам. Даже слова оформить в мысли получается с трудом. И тем более, их высказать. — Вы. Меня. Отравили.

— Нет, Ника. Это по-другому называется. Я избавил тебя от проблем.

Наконец, он выпускает меня из рук.

Оглядываюсь. Реальность замедлилась и словно потеряла краски и остроту. Еда. Звон посуды. Блеск серебряных подносов. Чей-то смех. Движение слуг вокруг стола.

Вскоре королева стучит по бокалу вилкой, и все разговоры моментально смолкают вместе с музыкой.