Избранная для северного дракона

От его прикосновений все мое возмущение куда-то разом улетучивается вместе с желанием спорить. Хочется просто стоять рядом, и чем ближе, тем лучше.

— А знаешь… Плевать, что мы в начале пути, — северянин, будто считав мои мысли, очень медленно, с щемящей нежностью прижимает меня к себе, — и ты считаешь меня незнакомцем. Главное, что моя жизнь принадлежит тебе, а твоя — мне. В остальном разберемся. Со временем.

Молча киваю, и на глаза почему-то наворачиваются слезы. Приходится их спрятать, уткнувшись в район его солнечного сплетения. Он долгим, горячим прикосновением целует мою макушку и тихо посмеивается:

— Думаю, один незнакомец заслужил от тебя толику доверия.

— Уверен, что готов к откровенности? — с лукавой улыбкой задираю голову, чтобы удобнее было любоваться его лицом.

— Более чем, — кивает он, осторожно пропуская сквозь пальцы мои локоны. — Признавайся. Что тебя гложет, малышка?

Рядом с ним теперь так легко, что даже вспомнить не могу, почему я раньше уходила от этой темы. С губ сам собой слетает вопрос:

— У тебя нет другой женщины?

— Нет, — он легонько мотает головой, не отрывая взгляда от моих глаз. — Другая мне ни к чему, когда есть ты. Зачем свеча, когда есть солнце?

В первые секунды грудь распирает от радости и облегчения, но «девушки» Кейрона успели глубоко пустить корни сомнений в моем сердце, поэтому пожимаю плечами:

— Солнце может скрыться за тучей, и тогда свеча окажется кстати.

— Сомневаться незачем, ирэя, — вдруг хмурится дракон. — Я говорю правду. Лживое слово от истинного вонзается в сердце больнее сотни иголок. Ты бы не пропустила, задумай я тебе соврать.

Какое-то время так и стою, уткнувшись в твердую, широкую грудь. Несмотря на накатившую усталость и гудящие ноги, хочется этот момент запечатать во времени. Просто стоять так бесконечно, вдыхать его запах, прижиматься к сильному, мускулистому телу, и наслаждаться теплой тяжестью его ладоней на своей спине и плечах.

Вот только распробовать вкус долгожданной близости не получается, потому что внезапно над нами проносится огромная, черная тень. Не успевает мое сознание переработать этот факт, как Йемрен быстро разворачивает меня на сто восемьдесят градусов и заводит, вконец растерянную, в домик доктора. Приказывает:

— Бэлл, позаботьтесь о Нике, пока я разбираюсь с Кейроном!

Нас нашел младший Рэдгрейв?! В груди все сжимается от ужаса, когда за спиной северянина закрывается входная дверь. Меня тут же тянут за локоть в центр помещения и усаживают на стул. Перед глазами мелькает обеспокоенное лицо доктора. Он вкладывает мне в дрожащие пальцы глиняную чашу:

— Выпейте воды, Дариника, и постарайтесь успокоиться.

— Но как же они? Там, — всхлипнув, указательным пальцем тычу в сторону двери.