Избранная для мага (и кот) (СИ)

Рот девушки не закрывался. Сначала она болтала о споре графа Дейтона, и маркиза Зуша. Мужчины поспорили насчёт свойства мангрового дерева. Граф решил доказать свою точку зрения и решил испытать на себе настойку из мангровых листьев. Настой вышел с ярким психотропным эффектом. Опробовав его, мужчина впал в забытьё. А когда пришёл в себя, вспомнил: под этой настойкой ему пришла удивительная мысль по поводу какого-то растения. Но какого, он не мог вспомнить. В надежде припомнить граф вновь повторил опыт, и как-то только Дейтон оказался под действием наркотика, всё вспомнил. В последний момент учёный сделал усилие над собой, и успел записать идею на бумаге. Затем свернул её в несколько раз, и впал в дремоту. Очнувшись, Дейтон радовался как дитя. Не разворачивая бумажку, он тут же побежал к маркизу Зушу, чтобы продемонстрировать уникальное свойство мангрового дерева. Но как только маркиз прочитал, он выкрикнул: «Ты гений!». Выронил бумажку и стал хохотать. Дейтон тут же её поднял и прочитал: «ромашковый чай успокаивает больше, если в него добавить бренди».

Роса захихикала:

– Нет, вы представляете? Маркиз теперь будет язвить не один месяц по поводу этого. Бедный граф Дейтон.

Герцог закатил глаза и уставился в окно экипажа, где мелькал скучный сельский пейзаж.

Потом Роса переключилась на сестру Дейтона – Амелию. Девушка пышных объёмов решила на бал к вдовствующей графине Хейдер, одеть модную кринолиновую конструкцию из металла, чтоб пышные юбки подчеркнули талию. И застряла в дверях. Маркизу Зушу пришлось применить всю свою хитрость и проворство, чтобы достать Амелию из проёма.

Ещё через две минуты от болтовни девушки у Андертона разболелась голова, а ещё через несколько он подумал, что галантнее: выкинуть Росу из экипажа или выпрыгнуть самому. Но Роса продолжала болтать, а потом достала из ридикюля длинную металлическую пластину для ногтей и принялась подравнивать ногти.

Именно на этом моменте у герцога задёргался глаз.

Раздражающий звук соприкосновения ногтей и металла, выводил из себя.

Вжик-вжик.

А потом Велиус почувствовал какое-то копошение. Мягкий мех коснулся руки, и показалась морда кота. Он, видимо, забился в угол экипажа и спал за шелковой подушкой.

Жёлтые глазищи сонно моргали, и кот уже открыл пасть, когда Андертон воскликнул:

– Посмотри, Роса, какое чудо мы забрали с собой из поместья. – Герцог кивнул на ошалевшего кота.

– Приве-е-е-т, – сказал кот и наклонил набок пушистую голову.

Роса открыла рот и тут же его закрыла. Впервые за всю поездку в экипаже повисло молчание. Пшеничные брови поползли вверх, и карие глаза девушки округлились.

– Ч…ч-что? – еле пробормотала она и перестала подпиливать ногти.