Избранная для двоих женихов

Первые два месяца они только то и делали, что поднимали и перетаскавали камни, маршировали, стаптывая сапоги о потертые плиты двора, бегали бесконечные круги около казарм да потели на турниках, так что к концу дня большинство новичков обессиленно проваливались в глубокий сон. Весьма неприятно прерываемый голосом Тверра с очередной репликой типа: «Кто рано встает, тот больше успевает». И действительно, пока другие «двадцатки» еще спали, они действительно успевали впасть в состояние загнанного холла еще до завтрака.

Все физические мучения капрал любил перемежать и менять, видимо, чтобы его подопечные не скучали. Больше всех не везло Амрасу. Зверь, ревностно следивший за прогрессом своих «деток», никогда не забывал про будущего правителя Стигии и частенько опробовал на нем новые тренировки, после чего их взаимное «обожание» временно усиливалось. Его знакомые из команды — Тар, Лурс, Мэйн при этом то и дело умудрялись что-то ляпнуть, а Тверр на радостях добавлял им всем нагрузок.

К чести учителя, сам он никогда не делал себе скидок, наравне с новобранцами участвуя во всех испытаниях с удивительной для своего сложения ловкостью и быстротой. Впоследствии выяснилось, что Тверр мог как поднять над головой внушительный валун, так и пролезть в узкую щель.

Другие ученики после месяца тренировок перешли на следующий этап обучения с боевыми тренажерами, и только Зверь с каким-то маниакальным упорством все наращивал нагрузки, заставляя воинов изматывать свои тела до изнеможения.

***"

"— И первые отсеявшиеся появились в наших рядах спустя полтора месяца. — Темный князь тепло улыбнулся воспоминаниям. Мэйн захихикал.

— Мы бы тоже хотели, но боялись, что Зверь найдет нас и прикончит! А все из-за этого гада Князя! Оказывается, насчет него поступили особые указания, и мы попали под раздачу, как его соратники по оружию. Черт нас дернул согласиться быть с ним в одной команде! Оказывается, будующих Правителей тренируют более серьезно, чем остальных гвардейцев…

***Через полтора месяца ушли горец из Аррадила и приземистый желтолицый западнодолинский арбалетчик. Их уход положил началу бега на выживание, как цинично заявил Тверр в тот же день, ехидно улыбаясь. После них отсеялся еще один неудачник, уронивший себе валун на ногу и отправившийся лечиться.

Наконец, спустя почти три месяца, Тверр вывел-таки солдат на «адские полосы», спрятанные от любопытных глаз в одной из казарм и весьма точно прозванные гвардейцами «душегубами».