Избавитель

Вы владеете кэндо?

Ростислав озадаченно поправил волосы на виске.

– Вы имеете в виду рубку на мечах?

– Точно так.

– В пределах необходимого. Хотя против настоящего мастера не выстою.

– Это поправимо, главное, что вам не надо будет начинать с азов. И последний вопрос: что вы знаете о Веере Миров?

– О Веере? – Ростислав недоуменно поднял брови. – Может быть, о Розе Мира? Вы имеете в виду книгу Даниила Андреева?

– Мы имеем в виду объективно существующую структуру Мироздания. Лет двенадцать-тринадцать назад она имела вид своеобразного «веера», каждая пластина-хрон которого была сдвинута относительно соседней на определенный временной угол, на хроноквант. Теперь Веер превратился в «пенный конгломерат» Миров, проваливающихся друг в друга. Мы называем его Фракталом Миров. Вам предстоит задача спасти этот «пенный» Фрактал... если вы, конечно, согласитесь.

– Ни много ни мало, – развеселился Светлов, ожидая, что Такэда переведет разговор в шутку. – Раз плюнуть!

Собеседники посмотрели на него оценивающе, с одинаковым терпением, и Ростислав почувствовал себя неуютно.

– Ни много ни мало, – тихо повторил Такэда. – Но раз плюнуть не получится. А теперь выслушайте историю Пути одного человека, волею судьбы ставшего магом в наше время. Если поверите и согласитесь помочь, тогда мы начнем... – Толя, ты слишком многословен, – скривил губы Никита Сухов.

– Извини, волнуюсь, – сказал японец невозмутимо.

Ростислав понял, что услышит сейчас нечто необычайное, не укладывающееся в рамки обыденного течения жизни, и попытался унять поднявшееся в душе волнение. Такэда посмотрел на него своими узкими, словно прицеливающимися глазами и начал рассказывать историю Посланника. Сухов не мешал ему, лишь изредка вскидывал на Ростислава взгляд, проверяя, как он воспринимает те или иные детали рассказа, и вставлял короткие реплики.

Сначала Ростислав слушал рассказ Такэды с изрядной долей скепсиса, как литературное сочинение, не имеющее ничего общего с реальными событиями. Потом увлекся и не заметил, как начал сопереживать и ждать развязки. Когда Такэда закончил повесть жизни Никиты Сухова битвой Семерых магов с Люцифером, Ростислав выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы, разжал кулаки, постарался успокоить сердце и обвел глазами ждущие сосредоточенные лица собеседников.

– Это все... правда? Все так и было?

– Правда, – кивнул Сухов без улыбки.

– Но тогда... все-таки... зачем вам понадобился именно я? Обыкновенный человек, да еще инвалид. Вы же... маг! Один из Семи... в ваших силах обойтись без... – Во-первых, я уже давно не маг, – спокойно возразил Сухов. – Перед вами только физическая оболочка, чисто человеческое тело, так сказать, носитель силы. Сухов-маг ушел, и никто не знает, где он сейчас, в том числе и я.