Восстающая из пепла

Уже выходя со стадиона, пытался проанализировать причину своего поступка. И не смог.

Глава 27

/Ариадна/

– Что он сказал? – переспросила Зеса, провожая быстро удаляющуюся спину Шейрана взглядом.

– Что тебя взяли в команду, – тот пожал плечами, задорно мне подмигнул. Обаятельные парни эти вампиры. Даже злиться на него не могу, хоть и он косвенно виноват в моем назначении. Ведь с его легкой руки я занялась усовершенствованием доски для скетча. – Чаще будем видеться, – ага, и с Шейраном тоже, учитывая, что он один из тренеров команды. И что теперь делать?

Я успешно избегала Шейрана весь прошлый семестр. Казалось, выбросила мысли о нём из головы, уйдя в исследования и опыты. И вот он снова ворвался в мой размеренный и спокойный мирок. Мне пришлось запатентовать опасные разработки по договоренности с Астартом и еще наладить обслуживающую сеть в его доме, чтобы получить место на факультете артефакторики, с бонусом в виде сертификата специалиста по обслуживающим сетям и бытовым заклинаниям.

И всё ради того, чтобы не видеть Дориана, чтобы забыть его. Всё это не из-за испытания на полигоне. Я понимала, что даже если погибну, то не умру по-настоящему. Причиной стало то, что произошло потом."

"Помню, что очнулась от легких поцелуев в шею, перешедших к груди. Робко проснувшееся желание сменилось страхом и неконтролируемой паникой. Ещё больше я испугалась, когда увидела нависающего надо мной Дориана. Его лицо потеряло человеческие черты. Глаза сияли синим светом, зрачок вытянулся, а кожа огрубела и покрылась мелкими чешуйками. Тогда я отползла от него, прикрыв обнаженную грудь простыней, в которую он меня завернул.

Дориан в мгновение принял свой истинный облик. На мои обвинения ответил язвительно. Но тогда он неважно себя контролировал. Я видела, что он волнуется и возбужден, видела вожделение в его взгляде. Это мне было хорошо знакомо. Максиан часто смотрел на меня так. И я осознала главное: я боюсь близости с мужчиной. Одна мысль об этом вызывает во мне нервную дрожь, панику и неконтролируемый страх. Только мысль. Если ко мне кто-то прикоснется? Если поцелует?

Максиан не просто удерживал меня возле себя, его личность до сих пор довлеет надо мной и вызывает страх. Я не желала трястись от страха. Слова Дориана о том, что я, возможно, сама желала привлечь его внимание, взбесили. Хотела показать, насколько его слова не вяжутся с истиной. Сбросила простыню, представ перед ним обнаженной. Он пожирал меня голодным взглядом. Какой-то частью сознания я даже пожелала, чтобы он отпустил самоконтроль. И сразу же содрогнулась от ужаса, стоило представить, что он так и поступит. Надела его рубашку и ушла.

Просто ушла, унося в сердце горечь и печаль. Даже не от несбывшегося с Дорианом.