Камея из Ватикана

Отец Илларион погремел связкой длинных ключей, запер замки и осведомился:

– Здесь посидим, в садике, или… добро пожаловать к нам. У меня домик вон там, за крепостным валом.

И подбородком указал, в какой стороне этот самый вал.

Тонечке очень хотелось посмотреть, как живет отец Илларион! Сценарист в ее голове уже принялся торопливо набрасывать картинки, одна завлекательней другой.

С другой стороны, хорошо бы вернуться домой и все же проконтролировать дрова и уроки…

Пожалуй, она отказалась бы от приглашения, но тут Федор Петрович ее опередил:

– Давайте здесь посидим. Нам неудобно вас затруднять.

– Да какие ж тут затруднения, – возразил отец Илларион. – И рядом все. Ну? Отправимся?

И широко зашагал по древней брусчатке.

Тонечка потрусила за ним. Федору Петровичу ничего не оставалось, как присоединиться.

– Здесь крепостицу никогда не ставили, – говорил на ходу священник. – А вал соорудили, когда земли наши после монгольского нашествия вошли в Великое княжество Тверское. Вроде бы сторожевая башня была, на всякий случай поставленная. А вообще-то места дикие, людей мало. И не только славяне селились, но и финно-угорское племя. В четырнадцатом веке наш храм подняли, а в шестнадцатом Дождев стал селом дворцовым, то есть подчинялся приказу Большого дворца! Через нас торговые суда вверх шли, к Твери, и вниз, к Нижнему Новгороду. Солью торговали, сапоги шили, Иван Четвертый наши сапожки очень ценил!..

– Сапоги? – живо переспросила Тонечка.

Отец Илларион кивнул.

– Прошу прощения, – заговорил Федор Петрович, не зная, как правильно обратиться к священнику, слово «отец» решительно не выговаривалось, тем более они, должно быть, ровесники! – Может, мы просто переговорим и отправимся по своим делам? Мы у вас отнимаем время.

Было очевидно, что имелось в виду обратное – батюшка со своим любезным приглашением отнимает время у Федора Петровича!

– Да вы не беспокойтесь, – сказал священник добродушно. – Тем более уж почти пришли.

Сценарист в Тонечкиной голове за это время сочинил уже: батюшка живет в старом рубленом доме с высоким крыльцом, и чтоб непременно балясины и «резной палисад». Перед домом мальвы и кусты сирени, позади – яблоневый сад. На крылечке рыжий кот, в будке лохматая псина. В сенях пучки сушеной травы и хорошо пахнет. В горнице чистые полы, тканые дорожки, круглый стол, крытый льняной скатертью, на скатерти – кувшин нарциссов. В красном углу образа с лампадкой.

Дом священника был совершенно новый, кирпичный, похожий на все новые сельские дома, разве что сайдингом не обшит! В палисаднике под наблюдением грозного петуха гуляли рыжие куры. Завидев процессию, петух поднялся на цыпочки, расправил крылья, выругался на кур – те дунули в разные стороны.