Из разводас любовью

Я заметила, как его взгляд загорелся мальчишеским азартом, когда он спросил: - Хочешь меня побить?

- Я ребенок, но не кретин, - Миша с достоинством задрал нос, - мне всего семь, и я никак не могу вас побить, - и когда я решила, что самое постыдное уже прозвучало, мой мальчик добавил: - Но вот мой тренер Роман Абрамович, он наверняка сможет. Если я попрошу.

После обеда Миша принялся окучивать своего нового друга, усадил того за компьютер и показал новую игру. Эти двое слились с монитором и не мигая следили как какой-то синий пушистик бегает по лабиринту. Я же, старой заброшенной колошей сидела на кресле, никому не нужная, всеми позабытая.

Я уткнулась лбом в еловую ветку, надеясь насладиться хвойным ароматом, но напрасно. Пластик ничем не пах. Моя белобрысая подружка, перемотанная гирляндой как вареная колбаса жгутиками, все еще стояла в квартире, как последний оплот новогодних праздников.

- Если хаги-ваги тебя догонит, мы проиграем, - сказал Миша.

- А если сипл-дипл тебя укусит, то мы превратимся в поп-ит, - передразнила я сына. Но слишком тихо, чтобы хоть кто-то отреагировал."

"Эти двое по-настоящему спелись и меня даже пугало такое единодушие. Миша очень чувствительный и быстро привязывается к людям. А Виталик явно не из тех, кто может и готов тратить свое время на посторонних детей. Он и на меня-то его тратить не готов, потому что работает круглосуточно. А тут дети. Пускай и самые лучшие в мире.

Но если не придираться, то мне даже нравилось, как Игнатов смотрелся в моей квартире и моей семье. Хорошо так, органично, как куст на клумбе – всю жизнь тут рос. Я снова посмотрела на них: две макушки согнулись над монитором и о чем-то договаривались. И было в этой картинке что-то правильное, настоящее, отчего у меня снова защемило сердце.

- А ты на выходных придешь? – деловито спросил сын.

- Да, приду.

- А на восьмое марта придешь? Мама, наверное, праздник устроит.

«Угу», - пронеслось у меня в голове, - «ведь мама всю жизнь мечтала восьмого марта праздники устраивать и посуду часами намывать».

- Нет, Миш. Восьмого меня не будет в городе.

- Обидно, - вздохнул сын.

- Не расстраивайся, - Игнатов дернул джойстик на себя, уходя от захвата какой-то синей дряни. Он был полностью сосредоточен на игре и потому говорил прямо, без дипломатии: - я думаю съехаться с твоей мамой, тогда мы бы могли проводить чуть больше времени. Но это пока на этапе переговоров, детали нужно обсудить все вместе, с твоей мамой и тобой.

- Чего?! – я как укушенная за жопу лань подскочила со своего кресла. В глазах рябило, то ли от новогодней гирлянды, то ли начались световые галлюцинации. Поймав фокус на мужской спине в белой рубашке, я убедилась, что все это не мираж. А значит, влипла я по настоящему.