Случай из практики

Обуви не было, что наводило на мысль – при жизни этот тип, скорее всего, ходил босиком. Если уж его неведомые преследователи не сняли у него с шеи толстую витую цепочку, то вряд ли они польстились на ношеную обувку!

Кстати, о цепочке… Я потянула за нее, и цепочка легко снялась с остатков шеи. Она походила на золотую, но заинтересовала меня не столько цепочка, сколько подвеска на ней. Грубой работы, самая обычная плоская круглая бляха. Я потерла потускневший металл о штаны, поманила огонек поближе, успев заметить, как постепенно делается все бледнее лейтенант, – моя возня с останками неизвестного не прибавляла ему душевного спокойствия. Присмотревшись к подвеске повнимательнее, я протяжно присвистнула. Да и было отчего удивиться!

– Посмотрите, Лауринь, – сказала я, поднимаясь на ноги и стараясь не стукнуться головой о низкий потолок. – Посмотрите, посмотрите, не бойтесь, не укусит.

Лейтенант послушно подошел поближе, но попыток взять вещицу из моих рук не сделал. Так и смотрел, вытянув шею и приоткрыв рот от удивления.

– Но это же… – начал он и осекся, глядя на меня круглыми изумленными глазами.

– …те самые знаки, что мы с вами видели у ручья, – закончила я. – Не нравится мне это, Лауринь. Фейна сказал, что проход обрушился давным-давно, когда ему было лет десять. То есть около пятидесяти лет назад. Судя по виду этого типа, – я кивнула в сторону скелета, – примерно столько он тут и валяется. Умер он не своей смертью, его явно пришибли обитатели Замка, но почему-то оставили тут, даже наружу не вытащили, да еще и подземный ход забросили. – Я тяжко вздохнула. – Похоже, отец рейе Фейна знал что-то этакое… Жаль, сыну не передал!

– Может, он хотел, но не успел, – подал голос Лауринь. – Служанки говорили, старый Фейна умер внезапно, когда его сыну еще двадцати не сравнялось.

– Тоже любопытный факт, – процедила я сквозь зубы. – Умер и не успел рассказать наследнику что-то, о чем тому непременно полагалось бы знать… Ладно, Лауринь, пойдемте дальше. Думать можно и на ходу.

Все-таки в Замке творится что-то неладное. Началось это неладное не вчера и не позавчера, и оно каким-то образом связано со странными знаками на камне у ручья, с вышивкой, с этой вот подвеской… Одним словом – в этом я теперь была уверена – с позабытым давным-давно храмом под холмом. И во что же я ввязалась на этот раз? А начиналось все так славно – простенькое убийство из ревности!

Задумавшись, я едва не налетела на стену. Ага! Вот, похоже, и выход из тоннеля в Замок, как и предполагалось, замурованный на славу. Кстати, а почему я была так уверена, что и наружный выход тоннеля не был замурован? Тот здоровенный валун вполне мог закрывать отверстие лаза, по размерам подошел бы.