Случай из практики

Судя по мрачным взглядам местных жителей, я в своих выводах не ошиблась и таинственный ночной гость тоже ушел этим путем.

Гнедой жеребчик Лауриня прядал ушами и пританцовывал на месте – овраг ему явно не нравился, и конь не собирался этого скрывать, Лауринь едва его удерживал. Моя серая только заложила уши назад, но артачиться не стала."

"Я на секунду сосредоточилась. Разрушать мастерски выполненную «заворотку» и морок – на это дня два уйдет при хорошем раскладе, а у меня времени нет на возню со старинными заклинаниями. Я поступила проще: окружила нас с лейтенантом энергетическим подобием кокона: теперь «заворотка» на нас и наших животных почти не действовала, а морок… Ну, тут уж придется обходиться своими силами. А интересно, как человек на вороной лошади преодолевал «заворотку»? Следов чужой магии я не чуяла, но это еще ни о чем не говорило, у него мог быть некий амулет… Все это еще больше раззадоривало мое любопытство!

– Дайте сюда поводья, – велела я и, забрав у Лауриня повод, прикрутила его к луке своего седла. – Глаза закройте и держитесь крепче.

С этими словами я подхлестнула свою кобылу, и та как ни в чем не бывало направилась прямо на гору бурелома. Морок на животных и вообще не очень-то действует, сколько известно случаев, когда вся работа шла насмарку из-за какой-нибудь кошки, преспокойно проходящей сквозь неприступную на первый взгляд стену! Как я и предполагала, лошадь спокойно прошла сквозь завал. Я на всякий случай прикрыла глаза: ехать через морок – занятие малоприятное, зрение вступает в конфликт со здравым смыслом и прочими органами чувств, да и в целом как-то неуютно.

Для местных и гвардейцев все выглядело так, будто мы подъехали к зарослям кустарника, а потом попросту в нем растворились. Должно быть, так же поступал и ночной визитер (или визитеры?), из-за чего, полагаю, местные вполне могли почитать его существом сверхъестественным или, на худой конец, владеющим магией.

Морок расступился не скоро, мне изрядно надоело путешествовать с закрытыми глазами, так что я их открыла. Немного притерпевшись, можно было ехать и так. Лауринь же старательно жмурился, должно быть, из любопытства попытался открыть глаза и поимел весь букет неприятных ощущений. Хорошо еще, с коня не навернулся, возись с ним потом… Пожалуй, даже к лучшему, что мы отправились вдвоем: стоит только представить, как мне пришлось бы вести весь отряд сквозь морок!..

– Можете открывать глаза, – сказала я через некоторое время, и Лауринь с явным облегчением послушался.

– Где это мы, госпожа Нарен? – удивленно спросил он, озираясь по сторонам.

– В лесу, сами не видите, что ли, – пожала я плечами, возвращая лейтенанту поводья его гнедого. – На дороге.