Из-под палочки (СИ)

Что делают взрослые умные девочки, когда мужчина вваливается с мороза в тонкой куртке? Алкоголя Алиса дома не держала, а кофе — это достаточно взрослое или это только для гламурных вздохов на подоконнике? Она пожала плечами своим мыслям, повернулась и пошла к кофеварке.

— Алиса! — позвал мороженый мужчина каким-то уж вовсе нездоровым голосом. Не заразил бы… Тётя из женской клиники её предостерегала на этот счёт. — Это правда⁈

Вот тоже заладил! Ей же нельзя говорить! С другой стороны, если он сам скажет, с Алисы ведь взятки гладки, так?

— Что правда-то? — буркнула она, совершая ритуальные пассы над машинкой. Кофеварка оказалась с причудами и требовала, чтобы все кнопки нажимались в строго определённом порядке, а иначе выдавала ошибку, но Алиса могла её понять и готова была поступиться своей свободой выбора, чтобы сделать её существование комфортным.

— Что ты…

Ясень так и стоял на коврике у двери, не пытаясь ни разуться, ни так войти, и Алиса тихонько вздохнула: похоже, оставаться он не собирается.

— Что ты… — повторил он, но дальше слова не шли. Алиса обернулась и увидела, что он снова хватает ртом воздух, как будто его недостаточно, чтобы озвучить следующее слово.

— Ты подавился, что ли? — нахмурилась она.

— Беременна? — одновременно с ней выдавил наконец Ясень и покачнулся, неловко взмахнув рукой. Алиса посмотрела на него, потом на кофе. Этак он ей весь коврик зальёт, новенький с кошачьими лапками. Как бы его на крашеный пол заманить?

— Подойди и узнаешь! — придумала она.

Ясень снова покачнулся, словно хотел рвануться вперёд, но что-то его остановило. Он сделал осторожный шаг, потом ещё и ещё — а тут и место кончилось, на габариты муданжского мужика Алисина кухня-гостиная-прихожая не очень-то была рассчитана. Алиса оказалась заперта в углу между кухонным столом и Ясенем, вокруг которого расползалось поле холода. Она неуклюже повернулась, стараясь не сбить локтем чашку с кофе. Явор велел ей не говорить, так? Да без проблем!

Алиса снова схватила ледяную руку Ясеня и прижала к своему животу. Ну давай, детка, поздоровайся с папой! То ли послушав мамочку, то ли от внезапного холода, пробравшего сквозь тонкую ткань прямо под кожу, ребёнок и правда зашевелился. Глаза Ясеня окргулились, он дёрнулся, но Алиса не сообразила вовремя отпустить его руку, и тут он вдруг упал! На колени! Прямо вот так и бухнулся с высоты своего роста на глиняный пол, неловко вывернув запястье. Ох и отшиб колени-то, наверное… Алиса аж поморщилась.

Схватился он, впрочем, за грудь, и задышал, как после бега.

— Я… Ты… — пропыхтел он и осел назад и вбок, упираясь рукой в пол. — Я не хотел… Я не думал…

Алиса пожала плечами. Она, в принципе, и не ожидала, что он хотел.