Из ледяного плена

"

"– Ты не думай, между мной и Миркой никогда ничего серьезного не было, – сказал Олег, когда они оба остановились под сосной и задрали голову в небо, очень яркое и синее, особенно по меркам Питера. – В Игоряшу у нее была детская влюбленность. Она еще мне жаловалась, что он считает ее девчонкой и не обращает на нее ни малейшего внимания. А я всегда был другом и наперсником по играм и шалостям. Мама, конечно, мечтала о том, чтобы породниться с Борисовыми. Имелся у нее такой пунктик. Я не возражал. Мирка мне нравилась. Но она не дала мне ни малейшего шанса. Сказала, что мы слишком разные люди.

– Да я и не думаю.

– Да ладно, я же видел, как ты напрягся. И с Корсаковым она тоже только дружит.

Он напрягся? Да еще так, что это стало заметно совершенно постороннему человеку? А ведь правда, напрягся. Нет, все эти игры в жениховство пора прекращать. Ничем хорошим они не закончатся.

– Гостей еще принимают? – От калитки послышался низкий звучный голос.

Зубов перевел взгляд на его обладательницу – высоченную, крупную девицу с отливающим синевой коротким ежиком на голове и огромными серьгами, оттягивающими мочки ушей. Девица была одета во что-то среднее между лапсердаком и мешком от картошки, причем вся эта хламида состояла из разноцветных заплат. На ногах у нее красовались лакированные ботинки: один бордовый, а другой зеленый, но оба с фиолетовыми квадратными носами. Зубов моргнул и понял, что приехала Ирина Введенская, дочь Самойлова.

* * *Связанная с приездом новой гостьи суматоха улеглась, и все приступили к супу. Он, по замыслу хозяев, был грибной – ароматный, сытный, густой настолько, что ложка стояла. Зубова немного удивляло, что никто не произносит тостов и не дарит подарков, все-таки у Веры Афанасьевны сегодня день рождения, что, собственно говоря, и стало поводом собраться. Он тихонько спросил об этом у Велимиры.

– Бабушка не любит свой день рождения. После смерти деда ни разу не отмечала, сказала, что праздники для нее кончились, а это просто дата, позволяющая собрать всех за одним столом. В обычные дни трудно выбраться за город, особенно осенью, когда закрыт сезон шашлыков, а широко отмечать бабулин день рождения при жизни деда было традицией. Ее сохранили, а вот громкие поздравления и тосты отменили.

– И подарки тоже?

Вообще-то, Алексею этот подход был понятен. Он свой день рождения тоже не любил и никогда не отмечал. Вон, в этом году его и не поздравил никто, кроме Дорошина, да его поздравление было вынужденным, звонил-то он по делу. Некому его поздравлять с тех пор, как умерла мама. Вот в чем дело. И подобное положение дел Алексея полностью устраивало, потому что ничьи добрые слова и подарки ему совсем не нужны.

– Нет, почему же.