Мы из Кронштадта. Встреча.

Во всех — разная температура. В центре — парная. А еще комната для переодевания...

— Да. Но и в ней пол должен быть теплый, как и везде. А тут — нет обгрева пола. Вторая — чебек с «камнем для живота» — мраморной лежанкой. Такой тут вообще нет, а она нужна перед парной — ты лежишь, млеешь, пена горой, а потом массажист по всем мышцам и связкам проходит — вот тогда можно идти в третью! В парную. Тут в парной пар нормальный — но пол холодный, словно в русской. Нехорошо! Опять же после парной — обязательно зал должен быть, косметика то-се, уход за кожей окончательный помыв, бассейн и прочее. И последняя для кайфа — вот мы в ней сидим. Вот и считай — половины положенного нет. Ну для тех, кто не в курсе — сойдет конечно, как экзотика. Но — не то, не то. Но это между нами. Вот чай тут хороший и сладости добротные. Хотя, конечно, не в том объеме, что раньше у него бывали — он банями давно занимается. Но говорит, что глобализм и по восточным сластям прошелся бешеным слоном, толкует, что раньше в Ленинграде был специальный магазин «Восточные сладости» на Невском — так там чего только ни было. И шакер-пендырь и шакер чурек и всякая кос-халва и такие штуки, что я и не слыхал. А сейчас такого и нет вовсе, даже на Востоке. Ну может у саудитов или в эмиратах... Хотя вряд ли, как слышал. Разве что у принцев первого слоя...

— Ну да, унификация...

— Она самая, будь она неладна.

— Об чем толкуете? — плюхается на скамью напротив красный как рак Вовка.

— А ну да. А пива тут нету?

— Жалко. Ну наливай что ли, что есть?

— Тебе чай с гашишем или с опиумом? — вежливо спрашивает Ильяс.

— Ты серьезно? — не очень-то и удивляется Вовка.

— Ну так восточная же баня. Пива нету, вот замена — невозмутимо выговаривает Ильяс. Он к слову и в покер хорошо играет, рожу делает доской и индиффирентно сидит этаким степным идолом. Но я-то его давно знаю. И он со мной не очень себя контролирует. Я ж ему не жена и не партнеры по покеру. Может позволить.

— Тогда с гашишем. Давно хотел почувствовать себя ассасином — подмигивает Вовка.

Томный и расслабленный присоединяется Серега. Наливает себе в пиалу чай из другого чайничка, (он еще перед парной разобрался в каком что заварено, сняв крышки и вдумчиво понюхав содержимое).

И остальные подтягиваются. Приятно и истомно.

Хорошо. И даже без пива.

Одному Еноту не сидится.

— А что, Старшой — этот лайнер «Таллиннн» когда чистить будут?

— Ну вот ты неугомонный — с неудовольствием отмечает Ильяс.

— А почему нет? Почесать языки самое время, а с тобой ни о бабах, ни о выпивке. Раз нет досок для постройки сарая — переходим сразу к второму пункту повестки дня совещания нашего колхоза — постройке социализма.

Майор прихлебывает чай.