Мы из Кронштадта. Встреча.

Хотя та же Верка из пулемета не стреляла и особо, если честно, ее притянуть не за что.

Впрочем дела закрутили и страх поутих.

Звонок из ментовки застиг внезапно. Ну делать нечего - все равно пропуск на машину надо получать. Отправился неохотно. Удивило, что рядом со зданием стоит армейский тентованный грузовик, странно украшенный бело-красной мишенью на тенте. Сам-то грузовик был грязноват и запылен, а мишенька просто сияла чистотой и издалека притягивала к себе взгляд.

Вот как магнит! Отводишь глаза в сторону — а моргнул — и опять на яркую мишень таращишься.

От машины к нему направился невзрачный мужичок — камуфляж серый, ментовский, кобура на ремне с портупеей — офицер, значит. Весь какой-то такой незаметный, как и грузовик к слову, только без мишени на спине.

Спросил у Виктора по фамилии — он ли это, хотя явно для проформы, видно было, что опознал как-то, сам пробурчал свое звание и фамилию, маханул перед носом удостоверением и пригласил в кабину.

Странно, что в кабине — обставленной крайне по-спартански, тем не менее, отчетливо пахло какими-то цветочными духами.

— О чем речь-то? — хмуро спросил Виктор.

Чувствовал он себя почему-то неуютно.

— А речь о том, чтобы ты не вздумал на Ирину все валить. Это лишнее. А то, похоже, ты как раз за это принялся — ошарашил мужичок.

— Она жива?! — искренне удивился сюрв.

— Жива. И чтоб непоняток не было — она мне жена. И я не хочу, чтобы у нее по причине твоей болтовни были неприятности. Ей это не полезно — хмуро заявил мужичок.

— Я ее искал! — ляпнул Витя, но сам понял, что получилось не очень удачно.

— Да? У Газмяса связь оперативная и с Ржевом и с Кроном и много еще с кем. Охота была бы — нашли б. Так что брось баки забивать — не искал. Может разок по дороге прокатился. Глянул вправо — влево. Это не поиски, да и к тому же у тебя уже баба новая была, так что не надо тратить зря свое и мое время.

— Здесь ее опрашивали?

— И здесь тоже. Потому — вот вкратце, что она говорила, а тебе рекомендую придерживаться сказанного...

И мужичок быстро и сухо оттарабанил тезисно, что и как у Виктора с Ирой на фронтире происходило. Как ни странно, но почти с Викторовой версией совпало. Скользкую ситуацию с двумя убитыми гайцами Ирка тоже смогла подать почти нейтрально.

Сняли оружие уже с трупов.

Вот камень с плеч свалился, потому как отлично понимал Виктор — это самое узкое место в его биографии, тогда погорячился, почуяв свое величие — и оружие было нужно очень, а потом не раз думал, что плохо отработал. И сейчас — черт этих ментов знает — при таких обычаях как у них тут они могли бы легко проверить его слова — отправив с очередным конвоем пару курсантов — глянуть улики.