Мы из Кронштадта. Встреча.

Вот же дура, так все угадила.

И мало этой тоски - так еще и злился на себя, потому как странное было ощущение - и крайне неприятное - что он тут как дикий провинциал впервые в столице. Впору с открытым ртом ходить, отвык от нормальной-то жизни наглухо - а тут как раз обычная нормальная жизнь. Шляются местные сволочи в футболках, шортах и легких платьицах, а он преет на жаре в своем наряде, защищающем от укусов, и явно нелепо смотрится. Как одоспешенный рыцарь на пляже курорта, с плащом и пикой посреди девок в бикини.

Хорошо - пистолетом с убитого мента еще в самом начале обзавелся - а то таскаться с двустволкой по городу... Особенно огорчало, что до Беды Кронштадт хоть и входил в город Санкт-Петербург составной частью, но был этаким городишко на окраине, почти провинция. Витя к нему относился... Да никак не относился, даже не был ни разу - так, на теплоходе приезжали раз с экскурсией. А тут вона, пуп Земли и центр Культуры! Кино крутят, фонари уличные ночью светят... На рынке - кроме привычных консервов и овощи и фрукты какие-то, не пойми откуда взятые, картошка уже есть, правда по цене золотых слитков. Для проверки продал те патроны, что в наследстве бандитов были и не подходили ни к одному стволу из его оставшегося арсенала. Правда автоматные к калашам - "семерку" и "пятерку" решил придержать, их тут на прилавках и так было много - причем даже в ящиках.

Денежек выручил немного, но в целом убедился - торг вполне тут приличный, без надувалова дикого и грабежа. Воли хватило пройти мимо нескольких кафушек и баров, хотя пива почему-то захотелось очень. Жарища, он упакован, как противочумной костюм по ощущениям, а мимо цокают каблучками девахи, в куда более легкой одежонке и ветерок с залива подолами играет. Зашел все же в четвертое по пути кафе. Оно было украшено цветами и как-то выигрышно смотрелось по сравнению с предыдущими, уютное какое-то. И расположено хорошо. И с неудовольствием убедился, что ведет себя как деревенщина, нюхая воздух старательно потому как пахло давно забытым - кофе и булочками свежеиспеченными, сдобными и чуточку - ванилью и корицей. Не удержался и таки взял чашку с экспрессо и выпечку. Удивился, как сожрал все это, хотел порастягивать удовольствие, а как голодный пес схавал в два укуса.

Народу было мало, видно, что чертовы местные уже к благам привыкли.

Поговорил с симпатичной темноволосой барристой. Она отвечала не так, чтоб охотно, но как только он про куриц сказал - увидел, что глаза у собеседницы как-то блеснули и даже загорелись. Она старалась показать, что ничего вроде не поменялось, но Виктор тоже не лопухом был.