Сувенир из Камбоджи

Склочный мужик этот Антон Коноплянко, склочный и противный, от него любой подлости ждать можно…

– Что у тебя еще стряслось, выкладывай, не тяни! – бодро предложила она.

– Спрятала я таблетку, как ты научила, потом ее выплюнула… – начала Алена и замолчала.

– Ну? – нетерпеливо спросила Лола. – Дальше что?

– Сделала вид, что сплю… – тянула Алена.

– Ну, дальше-то что было? – Лола потихоньку теряла терпение.

– Они принесли такую штуку… Большую, на колесиках… С проводами…

– Кто, парень такой высокий принес, Ольгерт? – оживилась Лола.

– Не, парня того уволили, потому что он пропуск потерял. Они думали, что я сплю, и сестричка там еще с одной про это говорили… Сестра ругалась еще – мол, тяжести такие таскать она не нанималась…

Лола на мгновение пожалела санитара, которого подвела, но потом подумала, что парню, судя по всему, все по барабану, и уж работу санитара он найдет запросто.

– А потом пришел Левон Акопович, – Алена продолжала свой нелегкий рассказ, – всех остальных выгнал и начал что-то с этим прибором делать. А потом…

– Эй, ты жива там? – встревожилась Лола. – Не засыпай!

– Какое спать! – всхлипнула Алена. – Теперь вообще спать не могу! Это такой ужас…

– Да что он там с тобой сделал? – теперь Лола встревожилась по-настоящему.

– Он – ничего, он ушел, только провода ко мне подсоединил. А я и так электричества с самого детства боюсь, еле сдержалась, чтобы не дергаться. А потом… потом вокруг тихо так, только у меня в голове голос звучит. Да так сильно, настойчиво, как будто в мозг ввинчивается. Вот прямо вижу, как здоровенным таким сверлом мне череп сверлят и идет это сверло до самой шеи…

– Ты не веришь… – ясно было, что Алена плачет.

– А что говорил тот голос? – Лола постаралась это сказать без недоверия.

– Ну… что-то там про длинный темный коридор, потом про глубокий колодец, и еще там была дверь, которую обязательно нужно открыть. Ты, говорит, встаешь глубокой ночью с постели и босиком идешь по длинному коридору…

– Почему босиком? – удивилась Лола. – А тапочки нельзя надеть? И куда идешь, в туалет, что ли?

– Тебе хорошо смеяться… – обиделась Алена. – Попробовала бы сама с этим прибором дело иметь. Думала, умру от страха. Идешь, говорит, босиком, но не торопишься, двери открываешь тихонько, и потом за собой их закрываешь плотно, и не хлопаешь. А потом, когда коридор кончается, ты открываешь последнюю дверь и там… Там большой темный зал, а в конце его глубокий темный колодец… нет, не могу! Потом, когда все прекратилось, до утра зубами простучала. Ходила даже в соседнюю палату, в пятую. Думала, хоть с живым человеком поговорить. А там нет никого, соседку мою выписали. Нет, я этого больше не выдержу! Лучше уж было бы спать!

– Не вздумай! – рассердилась Лола.