Из глубин

Не удовлетворившись полученным результатом, запустил поиск по изображениям, сохраненным в смартфоне, но тоже ничего не добился — в социальных сетях отоваренные мною вчера парни не были зарегистрированы. Равно как и не проходили по полицейским картотекам. Можно было еще на страховой сервер залезть, ведь где-то же они медицинскую страховку оформляли, но этих серверов столько, что охренеешь перебирать. Так что волевым решением на загадочную троицу я просто забил на весь оставшийся рабочий день. А едва вернувшись в родное бунгало, полез шерстить сетку повторно. Снова ничего не обнаружив, я окончательно убедился, что ребятишки не простые — мало того, что скрылись с места разборки, поэтому на них никто не наткнулся, так еще и в больницу соваться не спешили. И они однозначно приезжие. Если у них были еще подельники с транспортом, то они сейчас уже могут где-нибудь на Южной гряде проходить курс реабилитации в какой-нибудь частной клинике. И отсюда два важных вывода: первый — вряд ли от Тинки так просто отстанут; второй — прямо сейчас, да и еще пару-тройку дней, ей, по-видимому, ничего не угрожает. Боеспособных залетных боевиков у неведомого противника на Ла Пинца не осталось, а вскрывать кротов и агентов влияния ради какой-то девчонки нерационально. Пустая трата ресурсов, если называть вещи своими именами. Но вообще ее отца предупредить будет нелишне. И если она сама не догадается, то это сделаю я. Невзирая на сопротивление одной самонадеянной девицы.

Оная девица, кстати, тоже целый день проторчала в лаборатории, в одном из соседних боксов. И попыхтеть пришлось обоим, мы еще на прошлой неделе от графика отставать начали, а к настоящему моменту уже откровенно пытались запрыгнуть на уходящий поезд монорельса. Пусть профессор Спанидис и деликатен сверх меры, данная черта характера не мешает ему быть еще и требовательным. А еще строгим и бдительным. А вот что такое справедливость в приложении к научным исследованиям он понимать отказывался, считая, что существует лишь целесообразность. Вот такой интересный персонаж. Хорошо хоть, нет у него привычки лично таскаться по кабинетам и стоять над душой, а то вообще бы труба."

"Как бы то ни было, рабочий день благополучно подошел к концу, я проводил Альбертину до дома (да, я параноик), вытребовал у нее обещание не ходить в одиночку за пределами научного городка, и вернулся к себе. Наскоро перекусив, умудрился еще параллельно просмотреть новости из каталажки, после чего и пришел к двум вышеизложенным выводам. Еще погонял поисковик на предмет шумихи с Франсин Моро, ожидаемо не нашел ничего нового — истерия, разгоревшаяся в первый день после объявления о ее спасении, благополучно улеглась ввиду отсутствия новых данных.