Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

— Они хотели тебя разбудить, спросить разрешения, — пояснил Лейвир, наливая мне чашку ароматного чая. — Но Атишхар запретил. Сказал, что ты и так всё одобришь.

Я согласно кивнула.

—И правильно. На такие вещи не нужно спрашивать разрешения.

Кажется, парни просто решили оставить меня наедине с Лейвиром и Дейвином. И я не была против. После завтрака мы устроились у камина, ожидая возвращения Дейвина. Лейвир сел на пол, а я пристроилась между его ног, облокотившись спиной о его грудь. Его руки обняли меня, пальцы нежно переплелись с моими.

— Расскажи мне о себе, — попросил он, касаясь губами моей макушки. — О твоей жизни на Земле.

Мне особо нечего было рассказывать — моя жизнь до Адарона состояла из больниц, лечения и редких моментов, когда болезнь отступала. Но я рассказала ему о людях, о городах, о том, как выглядело небо над Землей и как пахнет дождь в лесу.

Лэйвир слушал внимательно, иногда задавая вопросы. А потом я осторожно спросила:

— А ты? Расскажешь о себе?

Он замер на секунду, затем грустно улыбнулся.

— Мне и рассказать-то нечего. Родители погибли, когда мне было лет десять. Они были пилотами — их корабль вышел из строя и столкнулся с астероидом. До сих пор неясно, что случилось... и кто был виноват.

Его голос дрогнул, и я сжала его пальцы в ответ."

"— Меня взяла к себе тетя, но я почти не жил с ее семьей. Обо мне заботился дядя. Брат отца. Он и заменил моего отца на посту главы рода. Дал мне всё: воспитание, обучение, устроил в лучшую академию. Когда я достиг совершеннолетия, он передал мне моё наследство — до последней монеты.

— Он хороший человек, — прошептала я.

— Лучший, — согласился Лейвир. — И до сих пор просит меня возглавить род. Я сильнейший в семье, лучше всех управляюсь с лиафритом... но мне пока это не нужно. Дядя отлично справляется.

Я повернулась к нему.

— А что тебе нужно?

Его фиолетовые глаза загорелись, губы растянулись в мягкой улыбке.

— Теперь? Только это. Только ты.

Он наклонился, и его губы коснулись моих — нежно, почти несмело. Но затем я ответила на поцелуй, и он углубил его, руками крепче прижимая меня к себе.

Дейвин написал, что немного задерживается, но обещал подтянуться к ужину. Ну, а мы ближе к обеду решили переместиться к морю. Оно было теплым, как его объятия. Волны ласково облизывали наши ноги, пока мы резвились на мелководье. Лейвир, обычно такой сдержанный, сегодня казался другим — его смех звучал свободно, а фиолетовые глаза сияли, как два аметиста, освещенные солнцем. Он то и дело касался меня — то легким прикосновением к руке, то случайным (или не очень) скольжением пальцев по спине, когда помогал удержаться на ногах после очередной набегающей волны.

— Лови! — крикнул Лейвир, брызнув в меня водой.