Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Сначала он просто ласкал мои губы, слегка покусывая, заставляя их раскрыться. Потом его язык скользнул внутрь, медленно, исследуя каждый уголок моего рта. Он знал, как довести меня до дрожи одним лишь прикосновением. Я застонала, цепляясь за его плечи, когда он углубил поцелуй, заставляя мое тело вспыхнуть.

Он отпустил меня, оставив губы влажными и горячими, и мягко подтолкнул обратно к Кайсу. Тот смотрел на меня горящим взглядом, его дыхание было прерывистым.

- Не забывай про ее кожу, - продолжил Атиш, беря руки Кайса и кладя их на мое тело. — Алиса очень чувствительна. Ей нравится, когда ее ласкают руками.

Кайс послушался. Его пальцы, сначала неуверенные, коснулись моей спины, скользнули вниз по позвоночнику, вызывая дрожь. Он провел ладонью по животу, чуть задержался на ребрах, а затем опустился ниже, сжимая мои ягодицы через тонкое кружево. Я ахнула, прижавшись к нему, и этот звук, кажется, окончательно сломал его сдержанность.

Он снова поцеловал меня — уже без робости, а с такой страстью, что у меня подкосились ноги. Его руки скользили по моей коже, изучая, запоминая, а губы не отпускали мои, словно боялись, что я исчезну. А за моей спиной Атишхар тихо засмеялся, и его голос прозвучал как обещание:

- Хорошее начало.

И в его словах было столько томного, манящего, что я поняла — ночь только начинается.

Глава 34. Вместе

Атиш продолжал направлять Кайса, стоя за моей спиной. Его губы скользнули по моей шее, оставляя горячие, влажные следы, а зубы чуть прикусили кожу на плече, заставив меня вздрогнуть.

- Не забывай про эрогенные зоны, - прошептал он Кайсу, и тот послушно опустил голову, касаясь губами моей шеи.

- Ты такая красивая... - его голос звучал хрипло, почти прерывисто. — Сладкая. Безумно сладкая."

"Я застонала, когда его пальцы скользнули к моей груди, уже налитой и чувствительной от возбуждения. Атиш ловко расстегнул бюстгальтер, и ткань соскользнула, обнажая кожу. Кайс отпрянул на мгновение, глаза расширились, и я увидела, как по его телу пробежали серебристые всполохи лиафрита — яркие, почти ослепительные. Мой собственный лиафрит отозвался мгновенно, загоревшись в ответ. Я почти полностью восстановилась, и энергия пульсировала под кожей намного ярче, чем еще день назад.

- Ты прекрасна, - прошептал Кайс, и его губы снова коснулись меня, теперь уже опускаясь к груди.

Он обхватил сосок губами, и я ахнула, когда его язык начал катать его, то втягивая, то отпуская, то нежно покусывая. Каждое прикосновение заставляло меня выгибаться. Атиш наблюдал, его глаза горели темным огнем, но он сдерживался, давая Кайсу возможность учиться.

- Женская грудь очень чувствительна, - тихо сказал он. — Нужно быть осторожным, чтобы не сделать больно.

Кайс на секунду оторвался, посмотрев на меня, словно проверяя, все ли в порядке.